--Давай, - сразу согласилась Алина. - Только Капу бесполезно убирать. Она уже заинтересовалась и теперь её не закрыть. Но ничего страшного даже если нахватается блох. Вытравим их позже, а сейчас пошли купать Маху.
Кивнув, я вспомнила, в какую из сумок клала полотенца и, достав одно из них, произнесла, глядя на кошечку:
--Теперь это будет твоё полотенце.
Но Маха даже не взглянула на меня, продолжая рассматривать хорька. Правда, теперь она уже не шипела, а потягивала носиком воздух.
--О, уже интерес проснулся, - констатировала я. - Тогда пошли быстрее мыться и будем вас знакомить ближе.
Достав из пакета шампунь, мы вчетвером направились в ванную, где Алина посадила Капу на стиральную машину, а потом достала из-под ванны тазик и включила воду.
--Боюсь, быть нам поцарапанным, - пробормотала я, почувствовав, как Маха моментально напряглась, а потом начала вырываться. - Пожалуйста, успокойся. Обещаю, ничего страшного в мытье нет.
Но она, естественно, не успокоилась и, купая её, мы с Алиной порядком намучились, получив не одну царапину, а заодно узнали, что Маха умеет истошно орать, совсем как взрослая кошка. А самое интересное, что Капа грызнула меня за ногу, видать думая, что я убиваю свою кису и сильно переживала, то опять забираясь на стиральную машину, то к Алине на плечо, и выглядывая, что мы там делаем с котёнком в тазике.
--Фух, всё, - с облегчением выдохнула я, когда мы закончили и, завернув Маху в полотенце, направилась в свою комнату.
--Ага, - поддакнула Алина, идя следом с хорьком на плече. - Не скоро мы решимся такое повторить. И нужно будет это делать, пока Капа спит, а то эти двое подружатся и боюсь, Капа нас обеих сгрызёт за то, что обижаем её подружку.
--Точно, - я улыбнулась и посмотрела на ногу, куда меня укусили. Но ранки не стоили внимания, и я принялась вытирать Маху, приговаривая: - Ну прости, пожалуйста. Это ведь для твоего блага. Сейчас ещё дополнительно потравим блох и всё, будешь очень красивая, чистая девочка.
Однако, Маха, по-видимому, сильно на меня обиделась за такой подлый поступок, как купание, и как только я растёрла ей капли от блох по холке и спине, вырвалась и спрыгнула на пол. Ершась и с обидой посматривая на меня, она принялась вылизываться, а когда я пыталась погладить её, отбегала от меня.
--Ладно, думаю минут двадцать она будет мыться и злиться, поэтому можно пока попить кофе, - сказала я.
--Да, пошли, - согласилась Алина, и мы втроём двинулись на кухню, прикрыв дверь в мою комнату.
Так как кухня была крохотной, сделав кофе, мы с Алиной перешли в гостиную и сев там в кресла, я поинтересовалась:
--Власта сказала, что ты учишься уже второй год. Это сложно?
--Зависит от предмета. Но это, как и в любом другом ВУЗе. Что-то даётся легче, а что-то тяжелее. У меня вот с языками проблема. Английский и французский ещё куда ни шло, немецкий - так себе, а вот испанский, итальянский, китайский и японский я никак не могу освоить...
--Вы учите столько языков? - изумлённо спросила я.
--Конечно, но требуют от нас в основном понимания речи, мы же должны знать, о чём говорят вокруг нас. Сама ведь осознаёшь, что наше главное поле деятельности не Россия. А тебя, наверное, будут ещё обучать и арабскому, и фарси, и хинди. Ареал распространения кошек велик, а значит, сегодня ты можешь быть в Германии, а завтра поехать в Саудовскую Аравию, или Индонезию. Вас ведь много где даже почитают. Знаешь, например, что кошка, единственное животное, которому открыт доступ в мечети?
--Нет...
--А вот в Китае, Корее и Вьетнаме тебе необходимо быть осторожнее, потому что там едят кошачье мясо... Впрочем, ты всё это будешь изучать, чтобы понимать, как к тебе могут относиться, и где можно вести себя спокойно и не прятаться, а где стоит поостеречься.
--Чего поостеречься? - настороженно спросила я. - Ты хочешь сказать, что если кошке, в теле которой я буду, причинить вред, то и я умру?
--Нет, не умрёшь, - успокоила девушка. - Но прочувствуешь всю предсмертную агонию. Видишь ли, наши обручи помогают нам настроиться на сознание животных, войти в него, но вот выйти по своей воле мы не можем. То есть, рассчитана программа на тридцать минут, и все тридцать минут мы там находимся. Только после их истечения нас снова выбрасывает в тело человека, или раньше, если животное умерло. Но пока оно не умрёт, ты испытаешь всё, что оно чувствует. А это, говорят, очень больно и после требуется некоторое время, чтобы прийти в себя. Поэтому мы очень бережём тела тех, кого используем.
--А каково это - находиться в теле животного? - заинтересованно спросила я: - Как ощущения?
--Это очень необычно, - с восторгом произнесла Алина. - Даже невероятно. Мир становится совсем другим. Но описать словами это тяжело. Нужно лично испытать. Я, например, когда в Капе, чувствую себя намного свободнее, подвижнее... столько запахов вокруг... Ох, нет, это не описать!
--А её сознание? Ты соприкасаешься с ним? Оно как-то влияет на тебя? Слышишь их мысли? Или может её инстинкты берут верх? - столько всего хотелось узнать, что я сыпала вопросами и не могла остановиться.
--Нет, ты не становишься животным, а продолжаешь мыслить, как человек. И с сознанием их не соприкасаешься, - пояснила девушка, погладив Капу и заглянув ей в глаза. - Они вообще никак не влияют на нас. Скорее мы влияем, оставляя отпечаток в сознании животных, и они становятся умнее. Лучше нас понимают, запоминают порядок действий, который им приносит пользу. Капа, например, любит пить воду из-под крана. Так она уже знает, что нужно зайти в ванную, мордочкой поднять кран, причём осознаёт, где горячее положение, а где холодное, напиться и закрыть лапками его. То есть она не просто запоминает, где эта вода, а то, как можно получить желаемое. Да и вообще она во многом стала копировать даже мои вкусы. Раньше она любила полакомиться мясом птицы, тех же кур или индеек, но я не люблю его, и Капе передалось моё неприятие. Единственное, что она ест - мясо кроликов. И так во многом. В детстве любила клянчить вафли и печенье, если кто-то из друзей ел, а как мы плотно стали работать с вселением, носик воротит от этих лакомств, потому что я тоже не особо жалую эти кондитерские изделия. В общем, они во многом перебирают наши привычки и начинают проявлять интеллект там, где не свойственно животным. Я даже с уверенностью могу сказать, она понимает всё, что я ей говорю. Иногда, ради смеха, я прошу её пощекотать кого-нибудь из студентов, и она точно выполняет мои слова. Или вот как с тобой - объяснила, что будем жить вместе, и она приняла тебя сразу. Правда, немного попереживала за Маху и проявила свою животную натуру, - Алина с извинением посмотрела на мою ногу.
--Ничего страшного! - заверила я. - Ой, кстати, нужно посмотреть, как там моё сокровище. Простила она меня или нет.
Поднявшись, и поставив чашку на столик, я прошла в свою комнату, а открыв дверь, расплылась в улыбке, потому что Маха бросилась ко мне, с громким "мяу" и когда я взяла её на руки, принялась ластиться.
--Простила, - с удовлетворением сказала я, почёсывая её за ушком. - Ну что, может, желаешь покушать? Пошли, вкусненького тебе дам, чтобы окончательно загладить свою вину.
Маха доверчиво ко мне прижалась, а когда я взяла купленные миски и на кухне поставила их на пол, а потом наложила туда кошачьи консервы, накинулась на еду так, как будто не ела дня три.
--Моя маленькая обжора, - ласково сказала я и рассмеялась, увидев, как она заурчала из-за приближения Капы. - Не жадничай. Уверена, что она ничего не станет у тебя отбирать.
--И даже больше, - пропела Алина. - Поделится с тобой молоком!
Открыв небольшой холодильник, девушка достала оттуда пакет молока, и налив его во вторую миску, поставила рядом с Махой. Та потянула носиком воздух и, подойдя ближе, стала жадно его лакать.