Соня согласилась, и когда он расплатился по счёту, они вышли из бара.
— Больше всего меня в Санкт-Петербурге удивляют белые ночи. Вот сейчас около девяти вечера, а на улице светло как днём. В это время суток в Сочи уже темень.
— Я когда переехал с Новгорода, тоже этому удивлялся, а потом привык. Человек в принципе так устроен, что не может вечно всему удивляться.
— Это да. И… Совсем вылетело из головы…
Спохватившись, Соня остановилась и начала резко что-то искать в сумочке, а потом вытащила кошелёк с нарисованным зайчиком и, отсчитав несколько купюр, протянула их Владимиру. Он посмотрел на неё так, что Соне стало не по себе.
— Ну, это за мои напитки, — оправдывалась она, — бармен, почему то объединил наши заказы, и я не стала возмущаться, решив, что в состоянии отдать тебе деньги сама.
— Соня, убери их обратно в кошелёк. Это я попросил его так сделать. Я тебя угостил: на свидании это вполне нормально. — И Володя снова весело улыбнулся.
— Это было не свидание, — строго сказала Соня.
— Почему же? — удивился он.
— Нууу, мы же не планировали эту встречу, не договаривались. Ты просто так пришёл, не зная, что там буду я. Или ты сегодня так хотел свидание, что тебе было всё равно с кем на него идти?
Такого поворота Владимир не ожидал и на всякий случай поднял руки вверх, будто сдавался.
— Похоже, я отвык от женской логики, — сказал он, — Соня, прости, если задел твои чувства, но я не имел ввиду ничего плохого.
Соня почувствовала себя немного виноватой и перестала сердиться, тем более она поняла, что повела себя некрасиво.
— Прости меня… Но я все равно считаю, что это было не свидание.
Володя опять улыбнулся и даже выставил руки в защиту от нападения, но Соня только бросила негодующий взгляд, оставаясь при своём мнении. Дальше они шли молча и, выйдя к набережной, решили прогуляться вдоль Невы. Соня любовалась тихой и спокойной водой. Через разные промежутки дороги появлялись лестницы, по которым можно было спуститься к воде, что они в итоге собственно и сделали.
— Слушай, а тут купаются люди?
— Ну, вообще здесь купаться нельзя, но иногда попадаются особо отчаянные. Сам бы я не рискнул. Тут достаточно глубоко, грязно да и холодно.
— А можно я ножки помочу? — шёпотом спросила Соня
— Можно. — разрешил он, но как только Соня скинула босоножки, полез в карман и строгим голосом добавил: — а я пока в полицию позвоню и заявлю на злостное нарушение общественного порядка.
Он и правда с таким серьезным видом уставился в телефон, что девушка невольно поверила и испугалась, но через полминуты Володя опять разразился громким смехом, и Соня, поддавшись порыву, тоже захохотала.
— Вот нравится тебе подтрунивать надо мной, я смотрю. — Выдохнула она, понимая, что её «кавалер» пошутил.
— У тебя такие живые эмоции на лице, тебя прямо читать можно, как открытую книгу, — по-доброму сказал Володя.
— А я книга не простая, уж поверь.
— Верю-верю. — И он закивал головой в знак согласия.
Соня разулась и подошла к краю, Владимир встал как можно ближе, чтобы в случае чего, успеть схватить девушку и не дать ей упасть в воду.
Вода и правда была холодной, не ледяной, конечно, но для плавания подходила только «моржам». Вдоволь «накупавшись», Соня обулась и решила идти дальше. Ноги её были ещё сырыми, отчего босоножки то и дело соскальзывали, поэтому Владимир предложил сесть на ближайшую лавочку и подождать, пока ступни обсохнут.
— Где ты уже успела побывать в нашем городе? — с интересом спросил он, внимательно посмотрев на девушку.
— Пока я была только в Русском музее, и мне там очень понравилось. — С азартом ответила она.
— И что запомнилось больше всего?
— На первом месте точно картины Айвазовского, он теперь мой самый любимый художник. Так шикарно море, наверное, никто не пишет. Есть у него такая большая картина с бушующими волнами и кораблём, который почти утонул, несмотря на попытки матросов спасти его. Это так трагично, и хотя умом я понимаю, что они нарисованы, всё-равно грущу. Такое ведь случалось и не раз… И море на картине страшное-престрашное, почти чёрное. Дождь льёт как из ведра, а тучи висят так низко, будто хотят обрушиться в воду, не оставив матросам даже шанса. Не знаю почему, но эта картина меня больше всего впечатлила. А ещё мне понравилась природа на пейзажах Шишкина. Она там такая живая, что кажется, будто я и правда погуляла в сосновом бору. Я даже запах хвои почти почувствовала и журчание ручья услышала. А какие там летели милые бабочки…
— Ты так интересно рассказываешь, что мне самому срочно захотелось туда сходить, — не отрывая взгляд от Сони, произнёс Владимир.