Вернувшись в гостиную, Соня села на диван и закуталась в плед по самые уши, тут она оставила его ещё с вечера. Владимир прошёл к холодильнику и заглянул внутрь.
— Вчерашнее купание под дождём тебе не пошло на пользу, — вынес вердикт он, изучая белый атрибут каждой порядочной хозяйки.
Соня опять чихнула и вытерла появившиеся слёзы с глаз, а затем смачно высморкалась в салфетку.
— Там в холодильнике нет ничего такого, только пара пирожных и йогурт. Я не успела позаботиться о еде, совсем было не до этого.
— Да не страшно, сейчас закажу доставку, а пока она едет, установлю камеру. В следующий раз, когда мы пойдём гулять, включим её. Ну, а сегодня у тебя постельный режим.
Соне было лень сопротивляться. Она махнула рукой и прилегла на диван, свернувшись клубочком и через несколько минут сладко засопела. Володя, подойдя к ней, потрогал лоб: тот был чуть горячей, чем надо; на щеках выступил болезненный румянец. Владимир налил стакан воды и поставил на журнальный столик, прямо к аптечке с лекарствами, которые, по-видимому, Соня нещадно тиранила этой ночью.
Как любой среднестатистический мужчина, он не сильно разбирался в лекарствах: болел Владимир редко, но, если это всё же происходило, то лечился тем, что попадалось под руку. Если же чувствовал себя совсем плохо, то обращался за помощью к матери. Та естественно сначала читала ему долгую и нудную лекцию о том, что надо себя беречь и всё в таком духе, на которые Владимир всякий раз заматывался в одеяло и лежал, уставившись бессмысленным взглядом в потолок. Ну, а потом, когда лекции о здоровом образе жизни становилось выслушивать совсем невмоготу, говорил что-нибудь в роде: «Можешь звонить в морг, потому что я почти отбросил коньки!». Но мама отчего-то не спешила смеяться от этой шутки, а сухо принималась диктовать список лекарств. К счастью, Володя при этом поправлялся достаточно быстро.
Родителей, разумеется, он любил, только возможности очень часто приезжать к ним у него не было. Но он всегда старался им помогать, причём не только финансово. Несколько раз в неделю они созванивались и общались на разные темы. В последние дни Володя правда не звонил домой, боясь проговориться, что познакомился с девушкой, которая ему очень нравится. Он решил, что расскажет о ней позже, когда почувствует какую-то определённость, которая пока целиком и полностью зависела от Сони. Захочет ли она поддерживать общение на расстоянии, и может ли у них быть что-то большее, чем дружба?
Пока Соня спала, Володя расплатился с курьером за еду и установил камеру. Проверяя работоспособность устройства, он то и дело поглядывал на тихо спящую девушку. Она лежала, повернувшись к нему лицом, и в какой-то момент, прислонив руку к щеке, стала как будто совсем другой. Исчезла озабоченность, часто появляющаяся в её мимике. Ушло напряжение, которое стало периодически проскальзывать между ними. Даже смешная складка между бровей, которая возникала, когда она спорила с ним по пустякам, куда-то пропала. Соня дышала с трудом, чуть приоткрыв рот, на лбу выступили капельки пота. Наверное, ей было больно даже во сне. Владимиру вдруг захотелось взять её на руки и прижать к себе до того момента, пока она не поправится, но он чудом сдержал свой порыв и, боясь её испугать, отошёл подальше в сторону. Наконец закончив с проверкой, он нашёл пустой листочек и написал Соне записку, а затем, закрыв дверь с помощью гостевого ключа, ушёл.
Соня проснулась только ближе к вечеру. Выпила приготовленную Владимиром воду и сразу налила себе ещё, чтобы запить таблетки. Справившись с лекарствами, она обнаружила на журнальном столике записку от Володи.
"Соня, я не стал тебя будить, взял второй ключ, который верну при следующей встрече. Ещё я заказал тебе немного еды. Пожалуйста, постарайся поесть, даже если нет аппетита. Я волнуюсь, поэтому при любой возможности пиши или звони".
Соня была тронута его заботой. Она и забыла, когда о ней в последний раз кто-нибудь так пёкся, кроме родителей и Марины. На обратной стороне листочка была нарисована рожица — Соня улыбнулась. Володе всегда удавалось её развеселить. Немного подержав клочок бумаги в руках, она посидела в задумчивости, потом вышла из оцепенения и отправилась в спальню, но по дороге повернула к холодильнику. Там стояло несколько контейнеров с готовой едой. Соня остановила свой выбор на курином бульоне и, разогрев еду, честно съела всё, чтобы быстрее пойти на поправку, и снова легла спать. Мама всегда учила её, что при болезни нужно больше отдыхать и пить много жидкости. Эх, раньше высыпаться было роскошью, а теперь она смогла целый день проваляться в кровати и никому ничем не быть обязанной. Упоительное чувство…