Элис молчала.
— Тётя Нэнси, конечно, не воспримет это всерьёз, — Эмили горько рассмеялась. — Да и никто не поймёт. Все решат, что подобные предчувствия — проявление безумия.
— Любая, даже самая безумная мысль заслуживает уважения и внимания, — твёрдо сказала Элис.
— Спасибо, Юджиния, — Эмили дотронулась до её руки.
— За что?
— За то, что умеешь слушать. Признаться, у меня не так много друзей, которым я могла бы рассказать то, что рассказала сейчас тебе.
Её рука… Сейчас Элис явственно ощущала знакомое тепло, — энергию, свёрнутую в пружину и ждущую, когда её отпустят на свободу.
Элис взволнованно посмотрела на девушку. Серые глаза Эмили без малейшего намёка на оттенок перестали быть серыми. Они стали зелёными, и с каждой секундой их цвет становился всё интенсивнее. Похоже, магические способности Эмили больше не были заблокированы.
С самого утра моросил противный мелкий дождик. За окном царили серость и уныние. В такую погоду не особо хочется вылезать из постели и куда-то бежать.
Но сидеть в такую погоду дома, в одиночестве — ещё хуже.
Поэтому, предприняв ещё одну попытку докричаться до Лори, особым успехом не увенчавшуюся, Элис отправилась в штаб. На душе было паршиво.
Завтракать дома Элис не стала: на кухне суетилась миссис Браун, а девушке не хотелось ни с кем разговаривать. Тем более что все кухонные разговоры хозяйки сводились к дискуссиям о политиках всех масштабов и мастей, бесконечной критике власти и осуждению решений Сената.
По недавно введённым правилам в здании Штаба круглосуточно должен был находиться хотя бы один аттестованный агент. Курсанты, которых сейчас было всего трое, дежурили только по ночам, так как дневные часы были отведены под лекции и практические занятия.
Сегодня была её вахта.
Элис забрала дежурный коммуникатор у Арнольда и расписалась в журнале. Покончив с формальностями, она хотела подняться в свой кабинет, но, почувствовав возрастающий голод, решила сначала наведаться в столовую.
В дверях она столкнулась с Анабель.
— Доброе утро, Элис. Тоже голодная? — подруга натянуто улыбнулась, глядя куда-то поверх её головы.
Значит, Пит ей всё рассказал…
— Я дома не завтракала, — хмуро произнесла Элис.
Повар, дородная пухлощёкая женщина, разливала компот по кружкам. Элис подошла к буфетной стойке и приподняла крышку. Сегодня у них был омлет и жареные сосиски. Горячая еда, к тому же приготовленная не из консервов. Надо же, какая роскошь.
— Привет, Элис, — Питер подошёл к ней и принялся щедро накладывать омлет себе на тарелку, игнорируя разметку, разделявшую противень на скромные квадратные порции. — Спать охота — сил нет, — он широко зевнул.
Элис кивнула, не поворачивая головы в его сторону.
— Я всё знаю, — прямо сказала Анабель.
Конечно, кто бы сомневался.
— Энерговирусы — опасная штука, — энциклопедическим тоном заметил Питер. — Надо бы проверить все служебные квартиры, — так, на всякий случай.
— Угу, — Элис поставила тарелки на поднос.
— Элис, это очень серьёзно, — вмешалась Анабель, отбросив недомолвки. — Энерговирусы непросто распознать. Кто знает, сколько ещё мест заражено этими тварями?
В столовую вошла Луиза с одной из новеньких девушек, они о чём-то увлечённо беседовали.
— Она знает? — шёпотом спросила Элис.
— Пока нет.
— Не говори ей, — Элис нахмурилась. — Для Луизы это станет последней каплей. Она ведь всё ещё верит в невиновность Теренса.
— А ты — уже нет? — Анабель подняла брови.
— Не знаю… Но факты налицо: мы потеряли столько Зеркал, новость об инициации Роберта достигла Нулевого отдела чуть ли не на следующий день! Вы же понимаете: с гибелью Теренса утечки информации не закончились!
— Это говорит лишь о том, что Теренс действовал не в одиночку, — рассудил Питер.
— Как бы там ни было, я уверена: Терри действовал не по своей воле, — Элис упрямо нахмурила брови.
— Так или иначе, лишь поимка настоящего предателя прольёт свет на эту тёмную историю, — вздохнула Анабель. — А то, что нам это до сих пор не удалось, свидетельствует, что он знает свою роль назубок и безупречно отыгрывает её.
— Может быть, он родом из Реверсайда, — высказал предположение Питер.