— Давай без этой показной вежливости. Зови Семенычем или по моему классу. Смотри, куда прёшь! — в него врезалась девушка, которую бронированный человек бесцеремонно оттолкнул.
«Да уж, человек он так себе!» — подумал Светлов, а после спросил:
— Чего хотел?
— Редкую вещь ты, видимо, продал этим святошам. Что хоть было? И что получил? — спросил Семеныч.
— Кольцо на плюс тринадцать к восприятию и с неизвестным свойством. Дали пять лент, — ответил Олег, не видящий смысла скрывать такую информацию. — А что за класс у тебя?
— Телекинетик. Всего пять? Странно. Это мало! — заключил Антон Владимирович.
— Они необычные.
— Тьфу, блин! — он смачно сплюнул. — Говорю же — святоши.
«Так, истина не сработала на восставшего. Интересно, то воздействие считалось за использование? Проверим! — Светлов заглянул в интерфейс. — Нет, отлично! А теперь, дорогой, поведай-ка мне, что тебе надо. И почему такое отношение к ордену? Или как там теперь организация торговцев называется?»
— Семеныч, почему ты так к Блейку относишься? Расскажи, зачем я тебе по-настоящему понадобился. И почему такое отношение к другим людям? — Олег активировал истину.
— Ты «Мстителей» смотрел? — спросил Семеныч, а после, увидев кивок Светлова, продолжил. — Вот кто твой любимый персонаж? Только Черную Вдову не называй, а то я знаю, чем она могла понравится. У неё же большая... способность к боям. И выдающаяся... манера допроса.
— Тони Старк.
— Вот! Нормальные люди назовут Железного человека или еще кого-то. А эти святоши все поголовно Капитана Америку называют! — телекинетик снова сплюнул.
— И что с того? — удивился Олег. — У всех свои вкусы.
— Да он же деревянный. Никакой харизмы, никаких особых сил, весь такой правильный из себя. Бесит просто! Рад, что ты не из таких. Да и гнильцу постоянную в них ощущаю. Вроде и придраться ни к чему нельзя, дела они ведут честно, но что-то меня смущает. Особенно в их лидере. И какого черта он никому на глаза не показывается? Конспиратор хренов! На этот вопрос я ответил? — спросил Семеныч.
— Ну пусть будет так. Такая позиция имеет место быть, хотя странно определять людей по их вкусу. Особенно к киношным персонажам, — сказал Светлов.
— Хорошо. А что насчет тебя, — Семеныч задумался. — Понравился ты мне. Ходишь с одним наплечником, глаза сияют, платок на голове. Пытаешься казаться уверенным, хотя я видел, как ты мялся, когда мы в павильон зашли. Думал информацией поделиться да предметами обменяться. Но эти долбанные святоши лучше вариант предложили.
«Странный навык у меня. Действует всё время немного по-разному. Но радует, что люди не замечают, что на них что-то влияет. Интересно, а почему было написано, что эта способность королевского рана? Ничего необычного в ней ведь нет!» — подумал Олег, а телекинетик тем временем продолжал:
— А к людям у меня нормальное отношение. Во время процедуры я получил пятьдесят баллов характеристик только за то, что моя жена и дочь погибли во время инициализации. У меня никого не осталось близкого в этом мире. А мне до сих пор всё равно. Иногда бывают моменты, когда вспоминаю про это, но никаких чувств не испытываю. И меня это бесит! Это ненормально! Да и люди какими-то одинаковыми стали все.
Семеныч остановился и посмотрел на Олега, сузив глаза:
— Это что сейчас было?
— Навык, — просто ответил Светлов.
— Я понял, что навык. Или умение. Хер разберет, в чем их отличия. Почему я не увидел воздействия? — телекинетик проговорил это спокойным тоном, но Светлов ощутил опасность.
— Он работает так, что люди начинают всё правдиво рассказывать, — пояснил Олег.
— Полоску почему я не увидел? Когда на тебя что-то применяется, то вспыхивает метка, — сказал Семеныч ледяным тоном.
«Так вот что за синяя полоска была, когда я Блейком разговаривал. А я думал это из-за применения просмотра уровня. Оказалось, что он на мне тот же навык применил. И что мне ответить Антону? Да правду. Чего тут думать?» — поразмыслил Светлов и проговорил:
— Не знаю. Сам же видишь, что некоторые характеристики странно работают. Корреляции никакой нет. С навыками, наверное, такая же история.