— С этой штукой у меня нет возможности не пропустить. Вот только не трать заряд. Вдруг понадобится еще? В городе сейчас много стражей. Вижу, что ты нормальный человек, — пришел к какому-то своему выводу Демид. — Хотя у меня впечатление создалось, что ты в этом мире пробыл не пять-шесть дней, а много лет. Что очень подозрительно! — он посмотрел на Светлова, но тот ничего не пояснил, а просто пожал плечами. — Давай так: ты пообещаешь, что принесешь мне пару бутылок холодного пива и еды какой, а я дозволю войти. Заодно и расскажешь, что там. Согласен?
— По рукам. Но ты понимаешь, что холодильник сейчас — это роскошь. Так что...
— Ну тогда любого пива, — протянул Демид, смешно закатывая глаза. — Иди!
Пространство над барьером задрожало, образуя узкий проход к оберегу. Олег понял, что страж не хочет рисковать, снимая всю защиту. Светлов сделал сперва один шаг, затем второй. Когда часть тела уже пересекла незримую границу, до него донеслись слова:
— Что-то странное происходит. Почему-то границы влияния древа расширились.
Олег на мгновение оглянулся, но следом почувствовал рывок. Тело начало вытягиваться. Сперва удлинились пальцы, затем руки, а после и остальные части. Создавалось впечатление, что это продолжается на протяжении нескольких часов. Всё закончилось неожиданно. Светлов обернулся и посмотрел на Демида, который стоял от него в двух метрах. Между ними виднелся искрящийся барьер, переливающийся красными всполохами. Олег сделал очередной шаг в сторону древа и замер, читая сообщение:
Внимание. Вы находитесь на территории полигона. Здесь вы можете совершенствоваться в ремесле, развивать класс, увеличивать характеристики, тренировать навыки, умения и таланты. Цена нахождения: одна единица здоровья в минуту. При снижении до нуля вы покинете зону полигона. Количество ваших жизней не будет уменьшено. Самостоятельно выйти невозможно. Это зацикленный карман. Распорядитесь временем правильно.
Глава 5. Оберег
Бар здоровья уменьшился на единицу. Олег оглянулся и увидел Демида, а рядом с ним себя. Страж повторял раз за разом: «Ну тогда любого пива. Иди! Ну тогда любого пива. Иди! Ну тогда любого пива. Иди!» Светлов наблюдал, как он сам делает шаг, а после возвращается на прежнее место. Зацикленный карман оправдывал свое название. Зато получилось взглянуть на себя со стороны. Системные штаны с балахоном контрастировали с остальной поношенной грязной одеждой. Лицо стало каким-то осунувшимся, но при этом на губах играла улыбка. Ярко-зеленые глаза с прищуром смотрели на барьер. Поза, хоть со стороны и казалась расслабленной, создавала впечатление, что он готов наброситься в любой момент. Мелкая светлая растительность на щеках смотрелась нелепо, особенно в сочетании с отросшими темными волосами.
Светлов провел рукой по подбородку и ощутил легкое покалывание. После ухмыльнулся и повернулся в сторону оберега. Из-под земли пробивался чахлый куст, не доходивший до коленей. Он не был похож на виденное ранее растение. Оплот создавал иллюзию сильного цветущего оберега, но на территории полигона показался истинный облик. Пожухлые пожелтевшие листки слабо крепились к тонким веткам. Потрескавшаяся кора была будто изъедена паразитами, а часть корней пробивалась наружу. Ничего примечательного в древе не было.
Олег присел, всматриваясь в таинственный оберег, что создавал безопасную атмосферу вокруг холма. Рука потянулась к одному из листков, который сразу же отвалился, стоило лишь коснуться его. Светлов подумал, что ему не составит никакого труда уничтожить это растение. Теперь его не удивляло, что Демид никого не пускал на эту территорию.
— Гравицапа, есть какие-нибудь мысли? — обратился он к своему фамильяру. — Только будь аккуратна. Не сломай тут ничего.
Послышалось недовольное фырчанье, как бы говорившее: «Глупый человек, который постоянно влипает в сложные ситуации, еще и учить меня вздумал...» Зверек выпрыгнул из пространственного кармана и уставился на оберег. Его мордочка обнюхала древо, а после в голове Олега послышался непривычный голос:
— Это идольница. Её надо напоить.
Светлов заглянул в инвентарь, но никакой воды там не оказалось. Тогда, повинуясь наитию, он достал нож и сделал надрез на руке. Бар здоровья, у которого к этому моменту отнялось три единицы, не шелохнулся. Олег не ощутил боли. Пытки и последующее безумие, когда он постоянно наносил себе повреждения, положительно сказались на самоконтроле. Струйка крови скатывалась на ветви. Повышенная регенерация зарастила рану, поэтому он рассек кисть снова. На этот раз очень глубоко.