Таким образом, два еврея могут «сцепиться» не только внутри России (Березовский — Гусинский), но и в международном масштабе, а прибрав к рукам «Связьинвест», Сорос перестал быть другом Березовского, про которого Сорос дальше пишет: «Березовский не мог перейти к правовому капитализму — его единственный шанс на выживание состоял в том, чтобы создать паутину незаконных связей и запутать в ней самых разных людей. Его влияние на Ельцина объясняется теми сомнительными услугами, которые он оказывал членам его семьи, например, он назначил зятя Ельцина руководителем «Аэрофлота», а валютные доходы «Аэрофлота» направлял в швейцарскую компанию, название которой, как мне объяснили, означает слитное написание английского «для вас». Это дало ему власть над Ельциным, не сравнимую с влиянием других олигархов». (Здесь отметим неточность перевода, на самом деле, это означает «для нас». — В.Б.).
«Березовский и семья Ельцина искали способ обеспечить свою неприкосновенность…Таким образом на свет появился тан выдвижения Путина».
В июне 1997 года Березовский пригласил Сороса на встречу с Черномырдиным в Сочи, откуда доставил в Москву А собственном самолете.
«Во время перелета из Сочи в Москву Березовский хватал, как он подкупал полевых командиров в Чечне и Абхадаи, поэтому, когда Шамиль Басаев вторгся в Дагестан, эта Чрория показалась мне подозрительной. Индикатором для меня стал ответ на следующий вопрос: выведет ли Басаев свои отряды к сроку, объявленному Путиным? Вывел, и даже В©сле этого я с трудом могу поверить, что взрывы домов в Москве были частью этого плана, это выглядит слишком дьявольской задумкой. Само по себе это не стало бы уникальным — случаем — история России полна примеров преступлений, совершенных агентами-провокаторами…»
«И все же исключить этого я не могу. С точки зрения Березовского, это выглядело бы логичным, это не только помогло бы избрать президента, способного обеспечить неприкосновенность Ельцина и его семьи, но и дало бы самому Березовскому инструмент контроля над Путиным. Пока что мы не располагаем данными, способными опровергнуть это предположение, хотя правда о взрывах в Москве, возможно, никогда не станет достоянием гласности, можно не сомневаться, что именно Чечня стала для Путина взлетной площадкой».
Отметим, что все это было написано в преддверии президентских выборов.
«Путин попытается восстановить сильное государство и вполне может преуспеть в этом. Во многих аспектах такое развитие событий будет желательным. Как учит нас опыт России, слабое государство может представлять собой угрозу свободам, оно малоэффективно для поддержания рыночной экономики, которой необходима сила, устанавливающая правила игры. Добившись перехода от грабительского к правовому капитализму, Путин вполне может стать автором экономического возрождения, и тогда мои инвестиции в России наконец начнут давать дивиденды.
Но государство, которое построит Путин, вряд ли будет основываться на принципах открытого общества, скорее в его основе будут лежать такие принципы, как деморализация, унижение и угнетение россиян. Оно будет по-прежнему использовать то чувство страха, которое возникло у людей после взрывов домов. Оно будет стремиться установить власть государства над личной жизнью и добиваться величия России в мире. Оно будет авторитарным и националистическим. Невозможно точно предсказать, как будут развиваться события, но одно ясно: перед нами открывается перспектива, которой можно было избежать, если бы открытое общество Запада твердо придерживалось принципов открытого общества» (выделено мной. — В.Б.).
Отсюда видно — Сорос ошибочно посчитал, что одна из задач нового президента — «добиваться величия России в мире». Но уже первые шаги Вновь Избранного — ратификация Думой договора СНВ-2, а затем шаги по стремительному сближению с государством — террористом во всемирном масштабе показали, что он не только спешит с решением этой задачи, а делает все для того, чтобы безоглядно следовать в русле американской политики.
И еще один момент: если до конца ноября месяца 2001 года кто-то еще думал, что Путин способен проводить самостоятельную, отличную от «Семьи» политику, то приглашение на юбилейную встречу «друзей» по СНГ Ельцина четко показало, «кто есть кто».