- Глаза, - негромко сказал Дан и я сразу поняла, что он имеет в виду.
Радужка насыщенного шоколадного цвета словно сияла, в обрамлении пушистых черных ресниц. Мой взгляд можно было смело назвать суровым, словно я кому-то угрожала физической расправой, но одновременно с этим я заметила в его глубине какую-то искорку. И что-то мне подсказывало, что ради неё всё это и затевалось. Так искра и несла в себе смысл, а точнее – начало моей новой жизни.
Пока я вытиралась влажными полотенцами и переодевалась, Мария из-за ширмы заверяла меня, что фотографии будут готовы в течении недели. Их она, поскольку не знала моего адреса, собиралась передать вместе с Воронцовым. Я против такого расклада не возражала.
Уже в машине, когда я, устало вздыхая, пристегивала ремень безопасности, Дан решил задать еще один вопрос, помимо трудностей в профессии модели.
- Каково это было? Видеть всё это на своем теле?
- А сам как думаешь? – бросила я на доктора быстрый взгляд.
- Алиса, - покачал головой мужчина, - Я сейчас спрашиваю, как твой врач. Не паясничай.
- Прости, я просто запуталась. То ты – Дан из клуба, мой вроде бы друг, то вдруг снова становишься доктором Воронцовым. У меня итак кукушка сдвинута, а тут еще ты со своими масками.
Сама не знаю, почему говорила всё это. Наверное, сказывалась банальная усталость. У меня давно не было таких насыщенных дней, с непривычки это может потрясти, не только физически, но и эмоционально. А лучший способ сбросить напряжение – вступить с кем-то в перепалку.
Понимая, что была не права от слова «совсем», я повернулась к Дану и сказала, прежде чем он успел как-то среагировать на мой выпад:
- Прости. Я не хотела грубить. Просто немного устала. Это было…странно. Мне было не по себе. В конце концов, я открыто признала, что у меня есть проблемы, перед незнакомыми людьми – Катей и Машей. Но сейчас, я чувствую себя намного лучше. Спасибо тебе за эту встряску.
Тонко улыбнувшись, Дан сосредоточил свой взгляд на дороге. Его очки, которые он всегда носил, будучи за рулем, слегка бликовали, отражая лучи заходящего солнца, и понять, о чем он думает, по его глазам у меня не было возможности. Оставалось надеяться, что он поговорит со мной.
Надежды оправдались.
- Я не был уверен, что ты выберешь нужное слово. Что решишься, - негромко сказал мужчина.
- Я тоже, - пришлось мне признаться, потому что я решила быть открытой с этим человеком – хотя бы ради самой себя, - Но это было верное решение. Я чувствую себя действительно свободной. Не такой, как прежде, но всё же это был шаг в верном направлении.
- Приятно слышать, что ты одобряешь мои методики, - усмехнулся Дан, - Я ведь всего лишь дипломированный специалист.
- Ой, вот только давай без этого, - поморщилась я, шутливо пихая мужчину в плечо, - У Эдика этого всего нахватался?
- Алиса, осторожнее, я всё же за рулем, - Воронцов покачал головой, словно не мог поверить в то, что я сотворила такую глупость – посмела отвлекать водителя во время движения.
Но, поскольку попасть в аварию мне хотелось меньше всего, я решила послушаться и села ровнее, сложив руки на коленях. Ни дать ни взять – примерная девочка.
Уже подъехав к моему дому – адрес уже давно не был тайной для Дана – доктор повернулся ко мне и сказал:
- Я всё это затеял не только для того, чтобы развлечь и встряхнуть тебя. Ты увидела себя такой, какой видит тебя весь этот мир. Все те люди, которые дразнили тебя, обзывали, унижали – они все виновны в тех черных словах, которые, словно клеймо испещряли твое тело. Но твоя семья, твои друзья – они всегда были рядом. Давали тебе поддержку, защиту, то, в чем ты так нуждалась. И ты смогла дать отпор. Взглянуть в лицо своим демонам, найти в этой тьме то, за что можно зацепиться и вытащить это наружу.
- Ободряющие слова, - кивнула я, - Белая краска.
- Именно. Урок, который ты сегодня должна была усвоить – и я надеюсь, что ты это сделала – очень прост. Слово не может ранить. Камни, палки – да, они могут сломить тебя, могут раскрошить твои кости и изувечь тело. Но слова не имеют над тобой никакой власти.
Я смотрела на Дана, широко открыв глаза и, кажется, на секунду даже забыв, что мне нужно дышать. Как?! Черт возьми, как он это делает?!
Заметив мой взгляд и ступор, мужчина приподнял брови:
- Что такое?
- Эм… - я, покачала головой, словно отгоняя наваждение, - Ничего. Просто я подумала о том же самом. Еще в гримерке, когда увидела свое тело. Поняла, что слово не может ранить меня.
Дан тонко улыбнулся:
- Ну, значит, урок усвоен. Мы стали еще на шаг ближе.