Лишь оказавшись дома, он смог лично в это убедиться. Включив ноутбук, он загрузил данные флешки и открыл первый кадр. Открыл – и замер, не в силах оторвать свой взгляд от монитора. Алиса была словно рождена для того, чтобы стать не просто моделью, а лицом этого проекта. Она выглядела одновременно очень хрупкой – ее позы словно говорили о том, какую боль причиняли ей написанные на её же теле слова. Но лицо – оно было словно полной его противоположностью. Воинственный взгляд, чуть поджатые губы, слегка презрительный прищур – Флорес словно говорила, что сдаваться она не собирается.
Больше всего Дану понравилось одно фото. На нем девушка просто стояла, сцепив руки в замок и держа их на животе, словно стесняясь своего полуобнаженного тела. Кадр был явно не постановочный – Алиса стояла в пол оборота к камере и, кажется, даже не подозревала, что её снимают. Воронцова зацепил её взгляд – мягкий, почти нежный, и губы, которые были изогнуты в легкой улыбке и приоткрывались, словно она пыталась что-то кому-то сказать. Проследив за её взглядом, мужчина выдохнул – Алиса разговаривала с ним. Что значит - эти улыбка и взгляд также предназначались ему.
Маша сделал еще несколько кадров, запечатлев их обоих – Дана и Алису. На всех фотографиях доктор отчетливо видел это. То, на что так долго и тщательно умудрялся закрывать глаза. Язык тела модели красноречиво сообщал ему, что Флорес испытывала к нему не просто дружескую симпатию. Она напоминала цветок, который отчаянно тянулся к солнцу, и выглядело это так естественно и не наигранно, что у доктора не возникло ни малейшего сомнения – Алиса делала всё это на каком-то подсознательном уровне, даже не задумываясь о своих действиях.
Телефон Дана зазвонил, и тот вздрогнул, оглушенный мелодией. Взглянув на экран, он ответил:
- Здравствуй, Мария.
- И тебе не хворать, Дан, - отозвалась трубка голосом фотографа, - Посмотрел фото?
- Как раз сейчас этим и занимаюсь.
- О, значит, я вовремя! Как тебе?
- Вышло весьма недурно, - сказал Воронцов после секундной заминки, - Особенно последние кадры.
- О, их я сделала специально для вас двоих! – «обрадовала» мужчину Маша, - Решила, что вам могут пригодиться снимки. Ну, для семейного архива.
- Эм…что, прости? – это был один из тех редких случаев, когда психотерапевт умудрился впасть в самый настоящий ступор.
- Ну, фото только для вас двоих. Ты, кстати, молодец, - хихикнула девушка, - До последнего не раскололся, что привел свою девушку. Но меня не проведешь!
- Маша, Алиса – не моя девушка. Она – мой пациент, - ровным, насколько это позволяло настроение, сообщил Дан.
Но фотограф явно не разделала мнение своего бывшего сокурсника. Хмыкнув, Мария сказала:
- Ой, прекрати заливать. Я, хоть и не пошла работать по специальности, но училась не хуже тебя. И отлично понимаю язык тела других людей. А еще – если ты вдруг забыл – глаза у меня тоже на месте. Я наблюдала за вами всё то время, что вы находились в моей студии.
- И что ты заметила? – напряженным голосом спросил Дан, чувствуя, как по спине против воли начинает ползти непонятный холодок.
- Помимо того, что вы – отличная пара? – уточнила девушка, - Между вами буквально искрит. Это заметно во всем – в ваших разговорах, взглядах, даже в том, как вы двигаетесь. Воронцов, ты ведь знаешь, как понять, что вы с собеседником синхронизировались на эмоциональном уровне?
- Конечно, - кивнул мужчина, хотя его собеседница не могла его видеть, - Человек начинает бессознательно копировать жесты и мимику своего собеседника. Кивок головы, взмах рукой и прочее. Это – верный признак того, что копирующий находится в полной власти другого человека. К чему ты это спрашиваешь?
- Потому что именно это я и увидела, - ответила Мария, - Вот только прежде, чем ты начнешь снова мне втирать про пациента и ее доверие к тебе, я отвечу – это ты копируешь её. Не она тебя. Что значит – ты попал, Воронцов. Она полностью захватила контроль над тобой.
Дан с шумом втянул воздух, чувствуя, как кислород обжигает легкие, будто он стал раскаленной лавой. Мужчина мог ожидать какого угодно ответа, но не такого. Да, Алиса была ему несколько ближе, чем все остальные его пациенты, но он не думал, что со стороны всё выглядит именно так. Флорес была лишь его другом. Не больше.
Хотя…Воронцов вспомнил, что чувствовал, когда находился рядом с девушкой. Не во время сеансов – тогда верх над сознанием доктора брал лишь его профессионализм, и ни на что постороннее он не отвлекался. Но, если исключить эти часы…тогда картина вырисовывалась совершенно иная. Дан вспомнил утро, когда он проснулся – и почувствовал в воздухе аромат свежей выпечки. А, выйдя из спальни, увидел Алису – немного сонную, но всё равно свежую и бодрую, которая готовила ему завтрак. И выглядела вся эта картина так…уютно и привычно, что Дану даже в какой-то момент стало не по себе. Он не привык к подобному – его жена никогда не готовила, отделываясь лишь службой доставки и какими-то готовыми смесями, которые и едой то назвать язык не поворачивался.