- С Алисой всё иначе. Мне хочется оберегать её, защищать от возможных обидчиков, делать счастливой. Я ловлю себя на том, что во мне всё чаще просыпаются какие-то, почти первобытные инстинкты. Когда я слышу про то, как ее раньше задирали или оскорбляли – мне хочется найти обидчика и заставить его пожалеть о своих словах или действиях. А там, в клубе – я впервые подумал о том, что некоторые девушки заслуживают хорошей затрещины. Это…странно. Я никогда не был таким, и не знаю, что делать с такого рода порывами.
Покаявшись, Дан поднял глаза на брата. Который наблюдал за ним, едва сдерживая смех. Но широкую и самодовольную улыбку он все же упустил, и она всецело завладела его лицом.
- Что? – недовольно спросил Дан, чувствуя себя снова школьником, а не взрослым, самодостаточным мужчиной.
- Мои поздравления, малой! Ты влюблён! Причем конкретно так! И это меня радует! А то в какой-то момент я решил, что ты всё же – робот. Но нет, теперь вижу – человек.
С этими словами Елисей хлопнул явно опешившего младшего родственника по плечу, с нескрываемым удовольствием наблюдая за тем, как вытягвается его лицо.
- И что теперь делать? – тихо спросил Дан.
- Ну… - протянул Елисей, почесывая слегка колючую щеку, - Можно свалить в другой город – я часто так делаю, когда дело пахнет керосином. Но я бы посоветовал тебе просто сжать яйца в кулак – и пригласить Алису на свидание.
- Я не могу, - тут же отрицательно помотал головой младший Воронцов, - Врачебная этика запрещает любые неформальные отношения между пациентом и его доктором.
Елисей хотел было напомнить, что Дан на его только глазах нарушал эту самую этику, самое меньшее, два раза, но решил промолчать. Вряд ли эти его слова помогли бы малому – тот итак выглядел, как загнанный в угол зверь. Того и гляди – бросаться начнет. Нет, с братом нужно было действовать иначе.
Поэтому, усмехнувшись, Елисей спросил:
- Тогда что тебе мешает просто вылечить её? Или передать другому доктору?
глава восемнадцатая
Глава восемнадцатая.
Каждый раз, когда в кино показывали сцены с драками в баре, у меня всегда возникал только один вопрос. Точнее, два. Первый – почему нельзя свои отношения выяснять на улице? И второй – собственно, кто потом помогает бармену убирать весь бардак? Ведь вряд ли это делают те, кто эти самые разборки и затеял.
К чему это я. Ах да – мне почти удалось узнать ответы на эти вопросы, так сказать, на собственном опыте. Потому что ноги опять привели меня в бар.
А ведь начало моего дня совсем не предвещало такого финала. Я спокойно себе работала, в своей любимой лавке, потому что – ну, а где же еще? Мне как раз поступил неплохой заказ на оформление серебряной свадьбы, так что я буквально с головой нырнула в цветы. Женская часть ячейки общества любила лилии, так что основой всей композиции был именно символ невинности и непорочности. Чувствовался в этом какой-то каламбур, если учесть, что у юбиляров за годы брака родилось трое детей. Но это был тот редкий случай, когда я не спорила, позволяя заказчику диктовать мне некое подобие условий. В конце концов, лилия – не самый худший вариант. Знавала я людей сеще более странными закидонами.
Звякнувший над входной дверью колокольчик тоже особо не удивил, хотя по будням звучал он не часто – люди всё же вспоминали, что им нужно работать. Так что в основном в такие часы я посвящала всю себя предварительным заказам. Но редкие покупатели все же вносили толику разнообразия в этот процесс.
Так было и в этот день. За исключением того, что, стоило мне поднять голову – как всё, хорошее настроение махнуло мне ручкой и усвистело в неизвестном направлении. Так, где там мои пожизненные запасы цветущего базилика? Пора их доставать.
Нового посетителя – а точнее, посетительницу, я узнала сразу, хоть и видеть мне до этого её довелось всего однажды. Зато какой была эта встреча! Я бы ее даже назвала судьбоносной, если бы хотя бы на секунду поверила в то, что судьба действительно существует, и что мы не в силах изменить ход времени и течение жизни.
Однако, эта дамочка своим появлением смогла внести некое разнообразие в мои скучные и серые будни. Белые волосы, агрессивный макияж, стервозный и надменный взгляд – да, передо мной стояла Дарья Воронцова. Как говорится, во плоти.
Отложив в сторону небольшой секатор – мало ли, вдруг мне в голову придет шальная мысль, что у этой курицы есть парочка лишних пальцев – я вежливо и профессионально улыбнулась:
- Добрый день. Могу я вам помочь?
- Очень рассчитываю на это, - кивнула без пяти минут бывшая жена моего лечащего врача, - Вы ведь здесь цветами торгуете?