- Хм… - уронила Дарья, после чего с явной неохотой сказала, - Ладно, это подходит.
- Спасибо за одобрение, - в очередной раз не удержалась я, - Я ведь всего-навсего специалист в этой сфере.
Сказала – и тут же пожалела об этом. Нахваталась от Дана ерунды всякой – он ведь вечно сыпал подобными остротами. А если женушка его сейчас напряжет свои извилины – целую одну – и вспомнит, что мы уже вроде как знакомы, и что я – «любовница» её мужа? Это же будет такая картина маслом, что я вовек не забуду. И лавка моя этого может просто не выжить после сцены, которую незадачливая покупательница устроит. А она на это способна – в этом сомнений нет.
Воронцова бросила на меня острый, внимательный взгляд, после чего спросила:
- А мы с вами раньше не встречались?
Ну вот, что и требовалось доказать. Эти женщины – они могут быть удивительно проницательными в совершенно неподходящее время. И всё, что остается в такой ситуации собеседнику – врать. Нагло и желательно прямо в лицо.
Поэтому, пожав плечами, я отозвалась максимально невозмутимо:
- Не думаю. Я работаю здесь одна, поэтому крайне редко покидаю магазин. У нас просто не было возможности пересечься.
Кажется, мои слова девушку успокоили – по крайней мере, она перестала сверлить меня полным подозрений взглядом, что дало мне возможность сосредоточиться на работе. И, пока я составляла аккуратный букет, меня, как это часто бывает, захватила муза красноречия. Язык бы ей вырвать.
- Между прочим, зря вы так настороженно относитесь к ирисам, - сказала я Даше, не поднимая глаз, - С этими цветами связано очень много красивых легенд. По одной из них,впервые ирис расцвел на Земле якобы несколько миллионов лет назад. Цветок был столь прекрасен, что полюбоваться его красотой пришли не только птицы, насекомые и звери, но и ветер, и вода, которые разнесли созревшие семена ириса по всей земле. А когда проросшие семена зацвели, ирис стал любимейшим растением человека.
Подняв голову, я встретилась взглядом с Воронцовой, которая смотрела на меня так, словно я – инопланетянин. Пожав плечами, я продолжила, как ни в чем не бывало:
- Существует также версия, что Флоренция названа римлянами именно так, поскольку вокруг этого древнего поселения росло огромное количество именно ирисов. Дословный перевод названия города с латинского языка звучит, как «цветущая». Сегодня флорентийский ирис, кстати, украшает герб города.
Мне только показалось, или из ушей девушки пошел дымок? Нет, её мозги не начали свариваться от слишком большого количества информации? Блин, а вдруг я сломала эту куклу? Меня теперь накажут?
Прежде чем я успела, ну там, помахать у Дарьи перед глазами ладонью, чтобы убедиться, что она не «зависла», девушка неожиданно спросила:
- Откуда вы всё это знаете?
Я только дернула плечом, возвращаясь к составлению букета:
- Много читаю. Цветы – это ведь моя работа. Хорошо, когда букет приправлен не только красотой бутонов, но и парой слов. Он тогда несет в себе какую-то свою, особенную историю.
- А еще можете рассказать что-нибудь?
- Об ирисах? – зачем-то уточнила я, чуть сбитая с толку таким напором.
Дарья кивнула, и я прикусила губу, пытаясь выудить из своей памяти что-то, подходящее случаю. Вряд ли Воронцовой придется по вкусу японская традиция ежегодно, 5 мая, в День Мальчиков, совершать ритуальное любование цветами в ирисовых садах. Вханами – садах этих - к слову, ирисы выращивают в воде.
- Ну, есть еще одна, очень красивая легенда, - выдавила я из себя, наконец, - перевязывая букет темно-синей лентой и выбирая подходящую бумагу, - Когда-то в давние времена после сильнейшего ливня небо раскрасила радуга. Но, к удивлению людей, она не исчезла, как бывало всегда, а рассыпалась на мельчайшие частички, которые упали на землю. Очень скоро на местах, куда упали осколки радуги, выросли роскошные, ранее невиданные на Земле цветы. Это и были, собственно, ирисы, которые очень полюбились людям.
- Красиво, - выдохнула Дарья, наблюдая за моими руками, - Я должна это запомнить, чтобы рассказать подруге.
- Могу набросать шпаргалку, - черт, мой язык точно в этот день доведет меня до беды.
Но Воронцова, кажется, не обиделась на мои слова. Или – что более вероятно – просто не поняла мой намек. Она покачал головой, извлекая из сумочки кошелек:
- Думаю, я запомнила. Сколько я вам должна?
Назвав сумму, я протянула девушке букет. И, когда я уже хотела было выдохнуть от облегчения – не узнала – Дарья снова меня удивила. Или разочаровала – я не особо это поняла. Уже схватившись за ручку входной двери, она вдруг обернулась и, взглянув мне в глаза, заявила: