- Привет…, - после небольшой заминки, ответила я.
- Как прошли каникулы? Хорошо отдохнула?
Я растерянно смотрела на парня, все еще не понимая его порыва поговорить со мной.
- Каникулы прошли отлично. Спасибо. А как ты? Тоже ходишь на политологию?
Грант продолжил радостно улыбаться, словно бы мы сейчас говорили не о банальной ерунде, а как минимум обсуждали прорыв в области медицины или физики.
- Оу, нет. Я здесь из-за Эйди, - отмахнулся Логан. - Нам надо было кое-что обсудить, но моего кузена сложно поймать. Но ты это, наверное, и сама знаешь.
Логан немного нервно рассмеялся, но я не придала этому особого значения.
- А так, у меня сейчас органическая химия у мистера Харпера. Слышал, он довольно строг со своими студентами, - тем временем продолжил парень.
- О да, он ненавидит опоздания и постоянно раздраженно вздыхает, если ты начинаешь ошибаться в ответах, - заметила я. - Просто, я в прошлом семестре тоже посещала его предмет. Было… сложно.
- Правда? - теперь пришла очередь Логана удивляться. - Что ж, тогда, если у меня будут вопросы, то кажется я знаю, к кому обратиться. Ты же не против, Тали?
- Нет, не против. Обращайся, - я согласно кивнула.
От продолжения этого неожиданного разговора меня спас звонок на урок.
- Ладно, мне пора. Не хочется попасть в немилость к мистеру Харперу в первый же день занятий. Было приятно поболтать с тобой, Каталина.
- Взаимно. Пока, - я махнула рукой, пропуская Гранта к выходу. Тот наскоро попрощался с братом и поспешил покинуть кабинет политологии. У самой двери Логан едва не врезался в кого-то. Этим кем-то к моему удивлению оказалась Алексис.
Заметив меня среди других учащихся, подруга широко улыбнулась и двинулась в мою сторону. Я же успела за это короткое время отыскать свободную парту и занять ее, раскладывая учебники и конспекты.
- Привет, подруга, - довольно улыбаясь, поприветствовала меня Миллер, словно бы мы не виделись несколько дней, хотя на деле прошло не больше часа с нашей последней встречи.
- Ну да, давно не виделись, Лекс, - я вернула подруге улыбку. - Кстати, не знала, что ты тоже будешь изучать политологию в этом году.
Я усмехнулась, наблюдая за тем, как Алексис достает свои вещи и складывает на своей стороне стола.
- Я не собиралась, - закончив делать это, заметила девушка. - Вообще-то, у меня свободный урок. Но пока я ошивалась в коридоре, меня поймала эта ведьма, миссис Карлайл, и стала допытывать, почему я прогуляла утром математику. Я сказала, что плохо себя чувствовала, но математичку это не успокоило и она принялась задавать свои дурацкие вопросы. Короче, пришлось соврать, что у меня сейчас урок и я тороплюсь. Я забежала в первый попавшийся кабинет и… вот я здесь. И знаешь, я рада, что ты тоже здесь. Будет хотя бы не так скучно.
Я не нашлась, что ответить на признание подруги.
Телефон Миллер, лежавший на столе, завибрировал. Девушка сразу же схватила тот в руки, но спустя мгновение на лице Алексис отразилось разочарование. Недовольно цокнув языком, девушка бросила телефон обратно на парту.
- Эй, все нормально?
Алексис кивнула.
- Сообщение от Майкла, ничего особенного. Забей, - пояснила она.
- Что-то раньше ты не злилась так на смс от брата, - заметила я.
Миллер устало вздохнула.
- Последнее время братец стал просто невыносимым. Не знаю, какая муха его укусила, но Майкл уже пару месяцев ведет себя как придурок. Все было нормально и словно бы по щелчку пальцев мой любимый братишка превратился в тотального идиота с замашками узурпатора. Он не был таким даже после похорон родителей.
На лице Алексис отразилась печаль, но девушка быстро взяла себя в руки.
Я молчала. С Майклом Миллером, несмотря на то, что он был старшим братом моей лучшей подруги, мы никогда особо раньше не общались. В те редкие случаи, когда мы пересекались, мы едва ли перекидывались парой слов и в какой-то момент мне даже стало казаться, что я не очень-то и нравлюсь Майклу.
Поэтому анализировать или как-то комментировать изменения в поведении Миллера-старшего я не могла. Просто потому что почти не знала парня.
- А что насчет вашей тети? Не замечала ли она странностей в поведении Майкла? Ты говорила с ней об этом?
После смерти родителей Алексис и Майкл жили с тетей, молодой, едва ли старше их самих, художницей. После смерти брата и его жены она бросила все в Нью-Йорке и переехала в Кингстон. И хотя порой Эйприл Миллер казалась мне странной и взбалмошной особой, она была любящей и заботливой и действительно переживала за своих племянников.