Меня обдает шоком:
— Что сказал?
— Чтобы я напоил тебя, и тогда ты раздвинешь передо мной ноги.
В глазах темнеет.
— Вот же ублюдок, — бормочу я. — Ненавижу его.
— Отлично, — бросает он. — Направь эту злость во взгляде на меня. Мы не уйдем отсюда, пока я не увижу, что ты способ...
Внезапно мои губы оказываются на его губах.
Взрывается что-то опасно дурманящее, и я делаю именно то, что он просил: беру бушующий внутри огонь и вымещаю на нем. Мой язык впивается в его рот, двигаясь с отчаянной настойчивостью. Хватка на талии становится жестче, грудь прижимается к его крепкому торсу, а сердце колотится с такой силой, словно готово выпрыгнуть наружу.
Он впечатывает меня спиной в сетку, углубляя поцелуй, и его вкус затмевает все вокруг. Никогда раньше не чувствовала себя такой безумной. Все тело горит, словно в лихорадке. То, как его рот накрывает мой, меняет все. Он словно пытается выпить мою душу, а я добровольно позволяю ему это.
Одна рука исчезает с моего бедра лишь для того, чтобы перехватить мои блуждающие ладони. Он вскидывает их над моей головой и прижимает к сетке, металл впивается в кожу.
Боже, как же это горячо.
Удовольствие пульсирует в груди, соски ноют, требуя, чтобы он стянул с меня футболку.
Кросс резко разрывает поцелуй:
— Какого черта…
Стоит ему отступить, как я тут же открываю глаза. Резко выдыхаю и пытаюсь удержаться на дрожащих ногах. На лице Кросса — настоящий ужас, пока он тыльной стороной ладони стирает блеск с губ.
Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга, и за это время по его лицу успевает пронестись тысяча мыслей.
Не нужно было его целовать.
Его сожаление слишком очевидно, и мне следовало бы чувствовать то же самое.
О чем я только думала?
— Я... — качаю головой. — Я...
— Избавь меня от этого, — отрезает он. — На сегодня закончили.
Кросс пересекает клетку и спрыгивает на пол. Я молча иду следом, вина и стыд тащатся сзади как тень.
Не верится, что я его поцеловала.
Словно что-то нашло, и я не могла остановиться.
Сажусь в машину и сразу решаю, что лучше притвориться, будто ничего не было. Отказываюсь смотреть в его сторону. Вместо этого гипнотизирую взглядом мелькающую за окном желтую разметку, пока мы не останавливаемся перед домом.
Я выскакиваю из машины до того, как он успевает заглушить мотор, и перевожу дух только тогда, когда оказываюсь в безопасности в своей спальне.
Опускаюсь на стул перед столом, кручу в руках транспортир и с разочарованием разглядываю свое отражение в зеркале. Заправляю прядь волос за ухо и замираю.
— Что за черт... — Поворачиваю голову вбок, рот приоткрывается.
Рука инстинктивно взлетает к шее, прикрывая багрово-фиолетовый след, похожий на укус. Щеки обдает жаром от мимолетного воспоминания о губах Кросса на моей шее.
Крепко зажмуриваюсь, чтобы вытряхнуть эту мысль из головы.
Черт.
19. Кросс
Я не могу выкинуть из головы этот гребаный поцелуй.
Она застала меня врасплох. Меньше всего я ожидал, что она приподнимется на цыпочки и прижмется своими губами к моим. И да, на мгновение я потерял контроль. Позволил себе отнестись к ней как к девушке, которую могу поцеловать в любой момент, когда захочу, — как к той, которую хочу целовать постоянно.
Потом, естественно, все стало жутко неловко. Скарлетт смутилась из-за своего порыва.
А я просто пытался заставить свой член перестать пульсировать.
И злился на себя за то, что поддался слабости.
Неужели у меня всегда было к ней скрытое влечение? Если подумать... да. Но что оставалось делать? Силой навязываться сводной сестре, которая возненавидела меня с первой секунды? Так поступил бы ее бывший мудила. Но не я.
Ну да, вместо этого ты силой заставляешь ее делать за тебя домашку.
Провожу ладонью по лицу.
Самое безумное в том, что я хочу снова ее поцеловать. И не хочу останавливаться. Снова и снова прокручиваю это в голове: как ее губы скользят по моим, какие тихие всхлипы вырываются у нее изо рта… и член тут же твердеет. Я сжимаю простыни в кулаках, упорно запрещая себе дрочить.
Черт, это идиотизм.
Я уже черт знает сколько пытаюсь уснуть, но вместо этого просто лежу и пялюсь в потолок, снова переживая тот поцелуй.
Всё, хватит. Я сдаюсь. Лучший способ избавиться от привязавшейся мелодии — прослушать ее до конца, так что именно это я и сделаю.
Сбрасываю одеяло и опускаю ноги. Холодный пол только сильнее приводит меня в чувство. Если бы она действительно хотела, чтобы я держался от меня подальше, то заперлась бы на замок. Наверное.