— Просто... — Стэнли взъерошивает волосы и мимоходом смотрит на меня. — Черт с вами. Езжайте домой, а я попробую все уладить. Я все улажу.
— Что уладить? — Я хмурюсь, переводя взгляд на Стэнли. — Что вообще происходит?
— Вообще-то я тоже не отказался бы это узнать, — вставляет Тайлер.
Стэнли смотрит сначала на меня с Тайлером, потом на Кросса. Очевидно, что здесь происходит что-то такое, о чем ни я, ни Тайлер не имеем ни малейшего понятия.
— Уходите! — торопит Стэнли. — Я уже знаю, что они в бешенстве, и если они доберутся до тебя... — Он качает головой, и к горлу подступает тошнота.
— Если они доберутся до меня? — взрывается Кросс, багровея от ярости. — Пусть молятся, чтобы я до них не добрался!
Тайлер делает шаг вперед.
— Чувак, в тебе сейчас говорит адреналин. Тебя разнесло так, будто покусал рой пчел. Стэнли прав. Надо уходить.
Стэнли снова вмешивается:
— Проваливайте уже, блядь. Живо!
Что за чертовщина тут творится? Сначала меня забирает из библиотеки какой-то мерзкий недогангстер с фальшивой золотой цепью, притаскивает в полуразрушенное здание, полное полуголых девушек и буйных типов, снова сталкивает с Николасом, а теперь еще и это?
Кросс берет меня за руку, и наши пальцы тут же переплетаются, выбивая все мысли из головы.
— Ладно, — рычит он и тут же морщится от боли.
Его рука мгновенно прижимается к отбитым ребрам, и, как ни странно, мне кажется, будто эту боль чувствую я сама.
Мы быстро идем по сырому бетону, и тяжелое дыхание Кросса отчетливо слышится сквозь грохот шагов. Тайлер толкает дверь с треснувшей краской, и нас тут же накрывает холодный ночной воздух, когда мы выходим на забитую машинами импровизированную парковку.
— Блядь, — шипит Кросс, обхватывая свободной рукой голый торс.
Его ребра резко выступают при каждом коротком вдохе, мышцы болезненно дергаются под кожей.
— Тайлер, помоги.
Его лучший друг тут же подставляет плечо. Тайлер обхватывает Кросса за поясницу, и тот бредет, опираясь на него, как на костыль. Я пытаюсь высвободить ладонь, но Кросс только крепче сжимает пальцы, будто наотрез отказывается отпускать.
— Как только сядем в машину, — тяжело выдыхает Тайлер, удерживая на себе большую часть его веса, — ты, нахрен, все нам объяснишь.
Кросс лишь коротко кивает в ответ.
На кухне царит тишина. Тайлер зажимает пальцами переносицу и сидит, низко опустив голову, переваривая услышанное от Кросса. Я молчу, слишком погруженная в собственные мысли, чтобы произнести хоть слово. Прижимаю прохладную влажную ткань к костяшкам пальцев Кросса — сбитым и покрасневшим после ударов по лицу Николаса.
— Поверить не могу, что ты вообще согласился сдать бой, — нарушает тишину Тайлер. — А потом позволил ему взбесить тебя и вырубил к хренам? И сегодня решил все повторить? Это вообще на тебя не похоже.
Кросс вдыхает, его пресс напрягается. Я замираю, перестав промокать его костяшки, пораженная словами Тайлера.
— Это из-за меня, — шепчу я. — Ведь так?
— Что? — переспрашивает Тайлер.
— Нет, — обрывает Кросс. — Из-за него. Не из-за тебя.
— Но...
Он с мягко обхватывает мой подбородок и поворачивает мое лицо к себе.
— Нет.
Я закусываю нижнюю губу, сдерживая эмоции, и, к счастью, Тайлер прерывает этот момент, наконец сопоставив факты.
— Понятно, что Николас что-то сделал со Скарлетт, — бормочет он, обращаясь скорее к самому себе. — И я даже знать не хочу, что именно, потому что тогда я начну оправдывать твое поведение, а это просто блядь... — Тайлер мерит шагами комнату у меня за спиной, а Кросс следит за его быстрыми перемещениями. — Хоть кто-то в этой ситуации должен думать рационально.
— Стэнли все уладит. — Кросс откидывает голову назад. Его плечи напрягаются, когда я прикасаюсь ватным диском со спиртом к одной из ссадин на животе. Он тихо шипит сквозь зубы, и я морщусь, понимая, как сильно жжет кожу.
Тайлер резко останавливается.
— А если не уладит?
Кросс медленно опускает подбородок и смотрит поверх моей головы на лучшего друга. Нашу тихую кухню снова прорезает тяжелое молчание, каждый из нас замирает в напряжении перед неизвестностью. Спустя несколько долгих секунд Тайлер ругается у меня за спиной и хватает со стола ключи.
— Я на заправку, возьму тебе лед.
Кросс немного выпрямляется и кричит ему вслед: — Код от дома помнишь?
— Помню, — доносится уже из коридора. — Скарлетт, не пускай его наверх без меня. Он слишком плох, чтобы подниматься по ступеням.