— Совершенно неожиданно! — ответила я, слегка удивлённая. — Ты ведь никогда не слыл театралом, а тут такой сюрприз.
Андрей улыбнулся. — Ты как-то вскользь упомянула, что любишь оперетту. Вот я и решился порадовать тебя. Тем более скоро День святого Валентина.
Моё сердце растаяло от его слов. — Андрей, это просто замечательно! Ты действительно слушаешь меня даже тогда, когда я говорю вскользь. Оперетта — это ведь не только музыка, это лёгкость, романтика и ощущение праздника. Спасибо тебе за такой чудесный сюрприз, я уже предвкушаю волшебный вечер. И моё изумрудное платье увидит свет!!!!
Театр, как же я скучала по твоим мраморным лестницам с огромными люстрами, напоминающими о величии искусства. Бархатные диваны в фойе, огромные фикусы в замысловатых кадках и маленький ресторанчик, в котором можно насладиться шампанским в антракте, — как это здорово, когда вы вдвоём.
Я вытащила из резного шкафа старую коробку, которую давно не доставала. Лаковые туфли блестели так, словно с надеждой смотрели на меня, мечтая снова застучать своими каблучками. Сегодня, казалось, их мечта могла исполниться.
Взгляд упал на мамин изящный набор: колье с изумрудными вставками и подвески в виде листьев, обрамляющих небольшие гроздья винограда. Эта ювелирная прелесть, больше, чем уверена, наверняка подарок отца маме на один из её юбилеев. Теперь же это фамильные драгоценности, которые несут в себе воспоминания, любовь и тепло моих родителей.
— Ну что, выходи быстрее, я уже подъехал, — раздалось из телефона.
Я накинула лёгкую шубку на плечи и, вздохнув от волнения, аккуратно начала спускаться по старой гранитной лестнице сталинского дома. Андрей ждал меня у подъезда, и когда я его увидела, то на миг остановилась, поражённая его видом.
— А ты сегодня просто великолепен, — не удержалась я. — Эта рубашка цвета настурции, элегантный галстук с полосками, длинное бостоновое пальто и иссиня-чёрный костюм... Вот не думала, что в твоём гардеробе есть такие вещи!
Он слегка засмеялся. — Ну ещё бы, мы ведь с тобой никогда не ходили в театр. Это наш первый раз.
Он подошёл ближе, обнял меня, и я почувствовала, как он бережно взял мои руки, чтобы согреть их своими. Этот жест, полный нежности, заставил февральские морозы отступить. Всё вокруг казалось далеким и неважным — только он, его забота и этот момент, который обещал стать началом по-настоящему волшебного вечера.
Мы с Андреем неспешно прошли в здание театра, где нас сразу окутал его особенный, неповторимый аромат — смесь лёгких нот старины, древесных тонов и мягкого запаха ткани. В ноздри проникал тот самый запах, который переносит в мир искусства, заставляя забыть обо всём внешнем и настроиться на грядущее чудо.
Огромные бра с сияющими кристаллами мягко освещали коридоры, добавляя сценическую торжественность и ощущение праздника. Красный бархат на сиденьях создавал уют, словно приглашая нас не только наблюдать за происходящим на сцене, но и полностью погрузиться в это волшебство.
Андрей взял нам места в ложах — он хотел, чтобы этот вечер стал действительно особенным. Мы устроились удобно, чуть прижавшись друг к другу, и с нетерпением ждали, когда поднимется занавес. Открытие "Женитьбы Фигаро" заставило весь зал замереть в предвкушении, а звуки оркестра, наполняя пространство, словно открыли дверь в другой мир. Перед нами открылась магия театра, которую невозможно забыть.
Я закрыла глаза и на мгновение представила себя паненкой, знаменитой актрисой, выступающей в частном театре. В моём воображении, на чуть неясной картинке, показался театр короля Яна III Собеского, выдающегося покровителя искусств. Сцена чьи-то затейливые руки украсили свечами, а вокруг звучал смех и аплодисменты. Я словно оказалась в эпохе, где театр служил не просто развлечением, а отражением утончённого вкуса и изысканности.
Но вдруг в голове раздался тихий, но знакомый голос:
— Как же я скучаю по тем давно забытым временам... Всего лишь раз мне посчастливилось ощутить человеческие чувства.
Я мысленно обратилась к своему загадочному собеседнику:
— Аимус, о чём ты говоришь? Какие чувства?
Его ответ был полон лёгкой грусти:
— О, моя дорогая мадам в изумрудном платье, как же ты сейчас напоминаешь мне мою возлюбленную…
Сердце замерло, а вокруг всё словно потеряло реальные очертания. Этот короткий диалог, звучавший так правдоподобно, заставил меня снова задуматься: где проходит граница между реальностью и фантазией?
— Верьте мне, Алиция! — можно я сегодня буду вас так называть.
— Да, я мятежный дух — хитрый, коварный, лишённый покоя. Но, несмотря на всё это, мне не чужды человеческие чувства. Я знаю, каково это — испытывать радость и огорчение, тепло и одиночество. И, что бы вы ни думали обо мне, я умею ценить дружбу и преданность — всё то, что есть у вас, моя дорогая.