Планета Океан — Созвездие Лиры (RA 18h 58m, Dec +35° 18')
Лебединский не спешил открывать глаза. Едва ощущая влажный воздух вокруг себя, он уловил первую ноту из далёкого хора. Он уже изучил путеводители и, конечно же, это дельфитоны. Их голоса, пронизанные переливами, напоминали неспешный плеск волн и внезапные порывы ветра. Открыв глаза, он увидел бескрайний океан, а в небе парили существа с хрупкими крыльями. Их нежные щупальца перебирали струны на маленьких гуслях. Невероятная музыка переплеталась с пением невероятных существ, создавая невероятный концерт.
— На этой планете любят гостей, — Лебединский ухмыльнулся.
— Быть может, быть может, — Аимус тут же подхватил мысль.
На воде отражались светила, и это зрелище представлялось настолько великолепным, что его никак нельзя было описать словами. Граф тут же извлёк свой кристалл, чтобы записать хоть пару строк: «Разве может существовать что-то более совершенное? Невероятно, просто невероятно».
— Совершенное? — раздался в голове знакомый голос. — Ты ещё под воду не опускался, граф. Пары кристаллов явно тебе не хватит.
— Друг мой, ты что-то темнишь. Чего ты ищешь в этом мире? Наверняка есть какая-то загадка, я чувствую это.
— Не сейчас, Лебединский. Не сейчас.
Батискаф опускался медленно, вода удивляла невероятной прозрачностью. За толстым стеклом мелькали тени. Местные обитатели таращились на графа с подозрением и любопытством одновременно.
— Слушай, а если там давление? — спросил Ганслер. — Мне не по себе, я ведь никогда не опускался под воду. А вдруг меня раздавит?
— Уж точно вручат нанокостюм. Не думаешь ли ты, что тебе вот так просто дадут умереть? Ну, это по крайней мере было бы глупо и неинтересно.
На дне гостей встретил куратор. Он широко расставил плавники, чтобы обнять входящих.
— Добро пожаловать, добро! Мы всегда рады столь знаменитым путешественника.
— И когда это мы стали знамениты? — усмехнулся Аимус. — Поверь мне, граф, нам чего-то не договаривают.
Сухой, высокий ихтиандр с жабрами за ушами и голосом, похожим на скрип двери в старом замке Вернера, широко улыбнулся пухлыми рыбьими губами.
— Лебединский Ганслер. Граф. Земля. Речь Посполитая. Семнадцатый век. Допустимое хроносмещение. — Куратор говорил так, будто зачитывал инвентарную опись. — Ваш нанокостюм. Модель «Нерей-7». Не снимать под водой. Дышать ртом. Не кормить рыб.
— А плавать можно?
— Можно. Но не советую резвиться без меры. Тут течения.
Ихтиандр ушёл, оставив графа в прозрачной капсуле шлюза. Вода поднялась до пояса, потом до груди, потом накрыла с головой. На секунду Ганслер запаниковал — старый, дурацкий рефлекс человека, который тонул в Днепре и помнил этот вкус. Но костюм мягко подхватил и мягко обволакивал его тело, выровнял дыхание, и страх отступил.
— Ну как, нравится быть рыбой? — поинтересовался Аимус.
— Странно. Я дышу, но не чувствую воздуха. Как будто пью воду, но не мокну.
— Привыкнешь. Я в таких костюмах тысячу лет назад погружался. Старые модели, правда, текли. Один раз меня чуть не расплющило на глубине триста метров.
— И что же тебя спасло?
— Мне просто повезло. Вовремя додумался починить клапан. Но ты не переживай, у тебя новейшая модель.
— Так ты не первый раз в этом запределье, вот жешь, хитрый бес! Вечно ты темнишь.
— Это слишком долгая история. Как-нибудь в другой раз, — хмыкнул Аимус.
Поначалу Лебединский не мог освоиться, и вода закружила его вокруг своей оси, как в центрифуге.
— Нажми на балансировку, идиот! — закричал компаньон.
Когда всё утихло и он привык к подводным перипетиям, перед ним внезапно открылся город. Купола из тонкого биостекла, как мыльный пузырь, но прочного, как слеза. Внутри росли коралловые башни, оплетённые светящимися водорослями. Между башнями скользили фигуры в таких же нанокостюмах, только тоньше и изящнее. Зрелище завораживало.
— Красиво, — признал Ганслер.
— Это да, — согласился Аимус. — Но ты главное смотри по сторонам. Тут с опаской относятся к чужакам, особенно к адаптантам из хронопереноса.
— Откуда ты знаешь?
— Да ладно тебе приставать. Поглубже изучай историю, а то один я тут всем интересуюсь, пока кто-то пробует вина со всей вселенной.
Ганслер раздражённо кивнул и шагнул внутрь купола.
***
Её звали Эйрра.
Она не просто вышла встретить путника — внезапно возникла рядом. Медленно проплыла вокруг него, как смена приливов. Невероятно тонкая фигура, высокая, с кожей цвета перламутра и глазами такими тёмными, что в них можно было утонуть, не заметив берега. Длинные белые волосы струились за спиной, не подчиняясь гравитации. На голове не доставало только короны. Но она её не носила. Зачем, если каждый изящный жест уже говорил о принадлежности к чему-то высшему?