- Кем ты меня зовёшь всё время? - засмеялся Дмитрий Константинович. - Пьяный, что ли, с утра? Зови по имени-отчеству, а то, нашёл товарища. Ладно, уговорил меня, даю шесть татарских гривен за чехол. Доволен?
- Так точно! - отрапортовал Светлов.
- Вот и хорошо, - князь убрал клинок в чехол. - А сейчас поедем за Оку, покажешь мне, как ты греческий огонь пускаешь. Мне Дионисий похвалился.
Поэтому и вернулся Светлов уже к вечеру, десять патронов сжёг, паля из двустволки своей. Князю понравилось, и он ещё шесть гривен дал. Но на ружьё не позарился, рукой махнул, баловство, против хорошего стрелка из лука не противник.
- Завтра тогда и начнём собираться, - зевнул Родя. - Воилко, поехали с нами, лодью новую срубишь за зиму, мы поможем.
Рулевой почесал затылок.
- Надо подумать, - сказал он. - А пока давай повечеряем. Утка варёная хороша получилась.
Глянув на искалеченный СКС, вздохнул Светлов и пошёл к костру, есть варёную утку. Да и руку пора кормщику осмотреть, да перебинтовать.
Под утро заморосил дождь и сонный Светлов долго матерился, пока искал в рюкзаке непромокаемую накидку. Вытащил и спать расхотелось. Поднял голову над бортом лодьи и в мутном осеннем полумраке рассвета увидел небольшую толпу возле своего контейнера.
Светлов откашлялся, сплюнул, глотнул холодного чаю с коньяком из фляги и закурил.
- Боярин проснулся! - загудела толпа. - Боярин, продай нам товар свой китайский. Две цены дадим!
Рожи у покупателей были самые ненадёжные, и связываться с ними Светлов не торопился. Какие тут правила торговли, кто его знает, может, лицензию надо от князя. Вообще, торговое дело хитрое. В своё время Светлов барыжил сухими строительными смесями. Но один раз поссорился не с тем, с кем надо, и бизнес окончился на этом. Ладно, хоть штрафы не выписали, вовремя с рынка стройматериалов убежал.
- Отцы! - Светлов натянул на голову камуфляжную бейсболку козырьком вперёд, чтоб дождь в лицо не брызгал. - Все торговые дела завтра с утра. Сегодня выходной. Отдыхайте!
Народ запереглядывался и зашептался.
- И ничего товар не китайский, - запоздало обиделся Светлов. - Всё белой сборки, отечественный производитель, импортозаменитель высшего класса. Как положено по нацпроекту.
Купеческий народ загомонил, отошли к избам монастыря, сели под навесами. Скоро там закурились дымки костерков, торговый люд начал завтракать. Далеко не уходили, ждали, вдруг боярин начнёт продажи пораньше.
На корме лодьи завозился Воилко. Кряхтя, вылез из-под просмолённой рогожи и чихнул.
- Пошли в избу! - крикнул ему Светлов. - Холодно тут спать.
- Там кровососов полно, - снова чихнул Воилко. - Потом не вытрясешь из одёжи их.
От монастырских построек к ним быстрым шагом, порой вприпрыжку, прибежал Родя.
- Айда завтракать, да собираться надо, - ухватившись левой рукой за борт, он легко забросил себя в лодью. - Сегодня поезд снарядим, да на Москву. Бог даст, за две седмицы доберёмся. Хотя дожди пошли, убродно ехать будет.
- Слушай, Родя, а как мне с добром своим быть? - Светлов мотнул головой на свой контейнер. На нём, мытая дождём, блестела в первых лучах солнца надпись фирмы-владелицы «Leocean».
- Да, я и забыл, здесь то не оставишь. Тогда ещё дольше пойдём, дней двадцать, наверное, - Родя почесал затылок. - Дождаться бы зимы, по снегу то за седмицу до Москвы можно добраться, да князь не даст нам сидеть. Ладно, пойдём завтракать, я потом найму лошадей да телеги. Торопиться надо не торопясь. За пару дней управимся. Погрузим, увяжем, да и тронемся.
- А с барыгами что делать? - Светлов глянул на купцов. Те уже что-то попивали из деревянных баклаг, хохотали и поглядывали на контейнер.
Родя задумался.
- Сначала с возами решим, а потом навес из рогож сделаем, и решай, что надо, а что и продать можно, - сказал он. - Но я бы не торопился. То, что у тебя змей приятель, это, конечно, хорошо. Но думаю, что он тебе таскать добро такими сундуками каждый день не станет.
На берегу занялся костерок, это Воилко развёл огонь. Дождик уже кончился, за Волгой в хмуром небе солнце пробилось сквозь тучи. Вроде бы день обещал быть погожим. Закурив ещё одну сигарету, Светлов спрыгнул на берег и потянулся. Посмотрел на контейнер, на лодью, на убогий городишко на прибрежных кручах, на торговцев, неспешно обсуждающих свои дела и стало ему немного не по себе.
«Почему никто ничему не удивляется? - подумал Светлов. - Вот змей там, ладно, это местная фауна, а невиданный огромный сундук, ружьё, сигареты, бейсболка! Почему им вообще наплевать на это? Вот русский народ, всё по барабану. Спроси любого, он ответит - ну и чё?! Да ничё. Может, им не в диковинку всё это, может, тут попаданцы одни кучкуются. Хотя, вряд ли. Просто всем пофик. Что русского человека не касается, того вроде и нету. Хоть саммит большой двадцатки здесь проводи, хоть трамвай, ракету и атомную бомбу покажи. Скажут - ну и чё?! Зевнут, перекрестятся, да пойдут по своим делам. А я? А я считаю, что это правильно».