ГЛАВА 18
- Меня зовут Джованни Раверти, я присматриваю за делами нашей республики здесь, у греков, - венецианец сел на невысокую скамью рядом с Касимом, лёгким движением тела быстро подвинув того. Взглянул на озадаченное лицо татарина и засмеялся.
- Давайте выпьем вина и поговорим, - предложил он.
Тут засмеялись все, смелый пришелец понравился послам. Вино пили неразбавленным, как и полагалось варварам. Джованни сказал, что ему тоже так больше нравится. Опорожнив три кувшина, всем стало весело, начали рассказывать смешные истории про византийцев. Венецианец крикнул прислугу постоялого дома, велел нажарить куриц или голубей. Агашимола потребовал ещё вина. Он считал себя крепким на этот напиток, но глядя, как быстро опрокидывает чарки Джованни, даже позавидовал ему.
- Вот сейчас можно и перекусить, - сказал венецианец, когда уже пятый кувшин опустел, а вместо кусков жареной свинины на полу валялись чисто обгрызенные кости. Послам это показалось очень смешным и они дружно захохотали.
Принесли на трёх бронзовых подносах кучи жареных кур. Притащили несколько кувшинов вина. Хозяин постоялого дома уже подсчитал, сколько он получит от гостей за эту пирушку, и на сколько примерно их обманет. Заглядывая иногда в комнату, где шло веселье, он поглядывал на разгорячённые лица, а сабли и прочее оружие, лежавшие в углу, его не страшили.
- Закрой за собой дверь! – крикнул Джованни слуге, притащившему стопку горячих лепёшек. Потом он разлил по чаркам вино и предложил снова выпить.
- Вы зря ходите к императору, - сказал венецианец. – Он решает только те вопросы, что приходят сегодня. На завтра или послезавтра он не глядит, некогда ему. А если вы денег ему не привезли, то вас никогда не примут.
- А что же нам делать? – Шахрух взял цельную курицу и принялся её грызть, отрывая крылья и ноги.
- Нашей республике нет дела до тех дел, что происходят в степях у скифов, - пояснил Джованни. – Мы хотим закрепиться здесь, в Константинополе. Это Генуя лезет куда-то далеко. Сейчас мы разобьём её там, у себя дома, а потом придём сюда. Но дальше наш путь проляжет не в Русское море, а в тёплые страны - Сирию, Йемен и другие. До ваших дел нам никакого интереса нет.
Послы молчали, внимательно слушая Джованни Раверти.
- Конечно, Генуя наш враг, но заметьте, я не прошу вас помочь нам или вредить Генуе, - венецианец снова налил вина по чаркам. – Когда мы обоснуемся здесь уверенно, то они сами уйдут отсюда. И делайте что хотите. Нас Орда не интересует.
Шахрух кивнул. Он не доверял никому, даже своему хану Токтамышу, но то, что говорил Джованни, совпадало и с той информацией, что он уже получил здесь.
- Скажу вам по секрету, - представитель Республики святого Марка склонился над столом, и заговорил шёпотом: - Если ваш хан, который является другом Тимура, вздумает вместе с ним вдруг пощипать османов на персидской границе, мы не будем против. Тесновато в Константинополе, и мы тут, и генуэзцы и османы. Хорошо, от крестоносцев избавились.
Пирушка шла до полуночи, после обмена мнениями пригласили цимбалистов, танцовщиц, вино лилось рекой. Послы даже не заметили, когда ушёл венецианец. Утром Шахрух, Касим и Агашимола, завтракая варёной говядиной, вполголоса обсуждали вчерашний разговор.
- Здесь у каждого своя выгода, - сказал Касим. - И сейчас никому дела нет до Орды. Думаю, что те воины, что приплыли в Галату, готовятся к войне с венецианцами.
Остальные кивнули. Шахрух почесал бритый свой череп.
- Надо будет встретиться как-то с генуэзцами, - решил он. – И обязательно с османами. Но про наш разговор с Джованни никому ни слова. О том, что Венеция хочет сама здесь властвовать, султану знать не обязательно. Да и нас это пока не касается.
Через пару дней они переплыли пролив и заявились к визирю султана, сидевшему в Хрисополе. Принесли подарки, познакомились с суровыми, но также как и они, очень склонными к неразбавленному вину османами и четыре дня пировали на огромной террасе дворца. Когда-то здесь сидел экзарх императора Византии, а сейчас его место занял визирь самого великого Мурада. Зимой османам делать было нечего, и внезапно появившиеся послы Токтамыша стали поводом для веселья.
- Почему сразу к нам не пришли? – спросил в первый день визирь, невысокий, но жилистый крепыш с хитрыми глазами. – Мы владеем Босфором и скоро станем повелителями всей Византии!
- Ветер так пригнал, - уклончиво ответил Шахрух. – Шторм был сильный и нам пришлось укрыться в Золотом Роге.
Визирь кивнул, принимая пояснение. Приличия соблюдены, и можно говорить уже по существу. Война в далёких степях двух ханов не волновала султана Мурада, он был устремлён на запад, покорять франков. Но хромой Тимур, покоривший пол-мира, был совсем рядом. Много золота ушло на то, чтобы верные слуги великого сына племени барласов уговорили того посмотреть в сторону Индии. Но Тимур опасался османов. На границе с ними постоянно шли стычки. Сейчас эмир Мавераннахра и прочих земель беспощадно резался с сербедарами, и по сведениям визиря Хрисополя, бывшего ещё тайным надзирателем за делами на востоке султаната, Тимур собирался брать их столицу – Герат.