И тут вернулся Александр. В одной руке вертикалка, в другой ножны с Ехидной.
- Шипит и брякает, - объяснился Пересвет.
Он приставил ружье к стене и только потащил меч из ножен, как вдруг что-то булькнуло, так, как ухает пьяный водяной на болоте. Ослябя напрягся. В углу горницы, на приземистой табуретке стояла небольшая кадушка с водой. Вот в ней и булькнуло.
Юля внимательно всмотрелась в кадушку и в пол-боя натянула тетиву. Родион бесшумно ступая, отошёл немного в сторону, так, чтобы рубить было сподручней, если кто появится со стороны кадушки. А Пересвет стоял и недоумённо глядел на свой меч: лезвие отливало багряным, алый свет будто вытекал с основания клинка и плавно, лёгкими волнами катился к острию.
- Красной каши захотел, - буркнула Юля.
Пересвет сунул Ехидну в ножны, и там сразу забрякало. Но он потянулся за ружьём и не успел. Кадушка вдруг дрогнула, вода заходила по ней бурунами. И тут Юлишна дико завизжала: «Саша! Плескай воду из кадушки вверх, к потолку!!! Руби его, руби!!»
Тут же бросился Пересвет, схватил кадушку обеими руками за бока и дал водой в потолок, как велела жена. И вот к такому он был не готов. В широком прозрачном рукаве почему-то очень медленно летящей воды боярин увидел сиреневое свечение, а в нём маленького бородатого человечка. А кадушка, став очень скользкой, вдруг выскочила из рук и зависла.
- Видос надо снять! - откуда-то из глубин подсознания выплеснулась мысль. Пересвет зашарил в кармане - брал сегодня смартфон с собой, снимал кулачный бой на Москва-реке, батарея должна быть ещё живой - вытащил его, без паники побил пальцами, красный кружок, съёмка идёт.
О том, что происходит и почему, он даже и не думал. Привык, что дома ничего не угрожает. Пересвет снимал, как человечек руками раздвинул воду, скользнул наружу и заметив Александра и Родиона, растерялся. Не знал, кто жертва. Но Юля не стала ждать, пока Ерошка разберётся. Раз - звон золотой стрелы и та пробила колдуну плечо и пропала во всё ещё летящем вверх потоке воды, два - ещё одна стрела с радостным звоном мелькнула под самым подбородком Ерошки, проредив тому бороду. Страшно свистнула сабля Осляби, перерубив водный рукав, что всё тянулся из зависшей в воздухе кадушки. На экране смартфона Пересвет видел, как жутко исказилось от боли лицо сиреневого человечка, когда золотая стрела пробила ему плечо, и тут же кадушка рухнула на пол, постучала, кружась, и встала ровно, а сверху в неё слилась вода. И Ерошка канул в ней.
Сам даже не понимая, что делает, Пересвет сунул смартфон в карман, бросился к мечу и выхватив того из ножен, опустил клинок в спокойную уже воду. Багрянец молнией стёк туда и откуда-то донёсся жалобный крик. Ехидна успокоилась.
- Колдун? - повернулся к Юле Родион.
- Порчельник, - кивнула та.
Пересвет вытащил меч из кадушки.
- Это водяной гномик был? - спросил он. Любимая жена, а чуть позже и лучший друг засмеялись.
- Вы мне скажите, что случилось? - Пересвет закурил и спохватившись, вытащил смартфон и без звука поглядел недавнюю запись. Впечатляло. Правда, батарейка уже садилась напрочь и павербанки были опустошены.
- Изурочить хотели кого-то, - протяжно и очень задумчиво сказала Юля. - Меня или тебя. Родю здесь явно не поджидали бы. Эх, при луне да звёздах колдунская сила прикроет подлеца, только с рассветом, при солнышке, на след можно встать.
Она подошла к кадушке, посмотрела на воду и поболтала в ней золотой своей стрелой. Никакого звона.
- Кончилось всё колдовство, - усмехнулся Родион. - Смылся порчельник, воду я ему подрубил, Александр в хвост Ехидну воткнул, а Юля на стрелу заговорённую пронизала.
- Придётся охранную молитву творить, - вслух подумала Юля. - Звать попа, чтоб святой водой прогнал нечистиков. Остались от колдуна ошмётки. Если не выжечь их, то напакостят.
Александру Светлову всё-таки было тяжело привыкать к таким событиям. Хотя, чего раздумывать? Есть проблема, и есть алгоритм, следуя которому её можно разрешить.
- И какой протокол применим тут? - поглядел на жену, а затем на Родиона Пересвет. - Мне надо чётко понимать порядок действий, чтоб не ошибиться.
- Я думала, твой Ехидна не оживёт от тебя, - вдруг сказала Юля. - Он со стрелами моими хорошо живёт.
Ослябя и Пересвет посмотрели на неё, не совсем понимая, о чём это княгиня говорит.
- Саша как-то меч оставил под колчаном, вот тут, на лавке, - махнула рукой Юля. - Слышу в ночи тонкий звон, хотя я спокойная, и вижу алый отблеск с горницы. Заглянула, а тут Ехидна тихонько брякается в ножнах, а камень на рукоятке налился красным, как комар крови напился.