- Как они разлаются, он душой ослабнет, - сказал Иван Константинович Оболенский, отец будущего знаменитого русского полководца Василия Косого. Он же сам, как и братья, был отчаянным рубакой и верно служил Москве.
- Нам зачем с князем-то великим лаяться? - Иван хмыкнул. - А так, ну поругались они, где такого не бывает, в какой семье? А потом занемог, да и помер. У них вежливец-то был на свадьбе?
Семён пожал плечами, Андрей почесал затылок.
- Венчал их Герасим Коломенский, - припомнил он, морща лоб. - А насчёт вежливца не знаю.
- Ладно, это пусть колдун-порчельник разбирается, - махнул рукой Иван. - пойдёте к церкве на праздник, следите, как заметите, сразу за ним и прижмите.
Семён с Адреем переглянулись.
- А как мы его заметим-то? - удивлённо спросил Семён. - Да и как прижать потом? Он же стёклы пустит на нас и всё.
Иван покрутил головой.
- Говорила мама, царствие ей небесное, что вы оба-два балбесы ерусалимские, так и есть! - он взял со стола кувшин и отпил с него квасу.
- А ты-то умный такой, прямо всё знаешь! - заехидничал Семён. - Откуда про порчельника знаешь?
- Знаю и знаю, - Иван повернулся к божнице и трижды перекрестился, бормоча, чтоб господь его простил.
- Давай же, говори, - Андрей недовольно покосился на Семёна. - По башке получил от наглого боярина, зарубить-то не мог его. Так сейчас греховодить ещё из-за тебя.
Семён хотел что то сказать, но Андрей щёлкнул его по лбу. Младший брат потёр место удара и обиженно посмотрел на Ивана.
- Колдунов можно в праздник выведать, - стал пояснять тот. - Им туда путь заказан, сразу ломать начнёт и корежить. Но ради страха иудейска, они по большим праздникам подходят, и заглядывают в церковь. Без господа им жить нельзя, чуют прощение его великое. Так что увидите кого, мужика или бабу, что толчётся у церквы, а внутрь не идёт, только глаза в дверь пучит, он и есть.
Иван снова отпил квасу.
- Как заметили его, сразу начинайте про себя молитву читать, не прерывайтесь, - продолжил старший Оболенский. - Отойдёт он от церквы подальше, вы его за руки возьмите и скажите «Крест под пятой, стой-ка, постой. Апостол Фома, добавь ума, ума да званья, божьего почитанья». И пока он вашу просьбу не уважит, ничего не сделает вам. А если заплатить ему богато, золотом, то и вовсе бояться нечего будет.
Сказав это, Иван выдохнул, встал, подошёл к божнице, опустился на колени и начал молиться.
- Видать, немало грехов у братца, - вполголоса сказал Семён.
Андрей погрозил ему кулаком.
- Запомнил слова чародейские? - спросил он. Братец кивнул.
- Ну, пойдём тогда, завтра праздник Обрезанья Господнего, - Андрей бросил взгляд на молящегося Ивана. - С утра, затемно пойдём, и пару дружинников возьмём с собой. Мало ли что.
- А куда пойдём-то? - Семён встал и попил квасу из кувшина, тоже посмотрев на старшего брата.
- В Георгиевскую церкву, что на коровьей площади поставили в том году. Церква новая, всем поглазеть интересно, и колдунам тоже. А потом его прижмём. Золото готовь, на расплату за порчу. Пошли.
Семён с Андреем, стараясь не шуметь, вышли из горницы, оставив старшего брата молиться в одиночестве.
С Татарской башни далеко видать за Москва-рекой. Леса без конца, только деревенька на берегу. Ни Суриковского училище нет, куда Вадик мечтал поступить когда-то, ни Донского монастыря.
«Дикие места, - покуривая, думал он. - То ли дело Киев, хотя говорят, что там пепелище после набегов всяких. Ничего. Отстроится».
С утра Вадик наколол и натаскал дров в подвал, палач Михей сказал, что до вечера можно и погулять, но не напиваться, работа вроде будет. Для начала залез на башню, интересно ведь поглядеть, какая Москва. Деревня, конечно.
«Надо сигарет прикупить у Светлова, обещал продать, - решил Вадик. - Схожу к нему сейчас».
Взяв с собой кусок хлеба, он вышел из Кремля, задумав обойти его кругом, а потом уже зайти к Светлову. Его терем был неподалёку от обители палачей, метрах в трёхстах.
Свою куртку, джинсы и кроссовки Вадик хранил в мешке под своими нарами. На первую зарплату купил шерстяные штаны, заячий тулуп и заячью шапку. С чёрмной бородой он в таком виде походил на колхозника с далёкой деревни.
«А я товарищ палача! - Вадик посмеялся про себя. - Если что не нравится, давайте в подвал пройдём, кипяток, железо, клещи, всё к вашим услугам. Не ожидали такого от колхозника?»