Когда подъехали к базе, Александр Петрович в ультимативной форме самодовольно заявил:
– Ты, Сашка, лучше подай заявление сам! Чтобы по собственному желанию получилось. Так для тебя же лучше выйдет, чем по статье!
– Спасибо за заботу, шеф! Но я, пока ехали, тоже кое-что важное для вас надумал. И, знаете ли, мне вас жаль! Вы же основательно в происходящем запутались, а выпутаться ни за что не сможете!
– Почему? – инстинктивно выпалил Александр Петрович, как бы уже смирившись с тем, что запутался.
– Вы не понимаете того, что случится завтра или послезавтра, хотя в два раза старше и опытнее меня!
– И чего же я не понимаю, мальчишка? – шеф от такой наглости совсем растерялся, но быстро собрался и усмехнулся. – Вечная история с неусидчивым яйцом повторяется? Яйцо курицу учит!
– А я и не учу! – ответил Сашка. – Я лишь наблюдаю и делаю выводы!
– И чего же ты нанаблюдал, мальчишка?
– Не поймёте вы, Александр Петрович! Не поймёте, но обидитесь на меня! А обижаться вам надо на себя самого, на весь ваш образ жизни.
– Ты, вижу я, совсем распетушился! Якобы наблюдатель! Якобы мыслитель! Того и гляди, гением себя провозгласишь, недоучка! Разве вас этому в медучилище учили? А ну, маску надень!
– Видите! Я же предупреждал, что не поймёте! – усмехнулся Сашка. – Вот и не поняли! Сами с мысли сбились! И от темы ушли!
– Может, и сбился! Ведь приходится реагировать на всякую чушь! Как тут не сбиться? Но что же такого, по-твоему, я не смогу понять? Прямо заинтриговал, молокосос!
– Я попытаюсь объяснить…
– Ага! Сделай милость! – ехидно ухмыльнулся Александр Петрович. – Может, заодно и ареол над собой развеешь!
– Я всё же попробую! – повторил Сашка. – Во-первых, вы, Александр Петрович, в мире не так уж одиноки! Таких людишек по земле ходят многие миллионы. Они плывут по обстоятельствам, как по течению, не пытаясь в чём-то разобраться, предвидеть и, тем более, противостоять каким-то гадким интригам. И ещё! Вы – и не плохой, и не хороший, поскольку в настоящих преступлениях, как будто, не замечены. Но вы…
– И на том, спасибо! – хмыкнул Александр Петрович.
– Да! Не знаю только, за что благодарите! Вам подобные при первой же трудности стремятся в эмиграцию! А при первой опасности либо дезертируют, либо предают. И мечутся с одной стороны на другую, лишь бы только выжить! Вы просто серенький безвольный мещанин без каких-либо жизненных целей, идеалов и принципов. Именно такие якобы безобидные людишки своим огромным большинством, своей совокупной массой более всего и вредят настоящим людям! Это они, не плохие и не хорошие, обычный планктон, загубили почти всё человечество! Подточили фундамент!
– Вот те раз! – захохотал Александр Петрович. – Это я-то загубил человечество?! Силён я, выходит! Прямо-таки, исполинский богатырь! А ты, щенок! Ты пока жизни не видел! Поживёшь с моё, возможно, что-то и до тебя дойдёт! Поумнеешь когда-нибудь…
– Вы живёте в своих крохотных мирках, отделившись от любых не ваших забот! Вам никто не дорог! Вас нисколько не интересуют люди, от которых вы не зависите, или которых не удаётся использовать в вашим интересах. Вы только свои мирки лелеете! И это, на первый взгляд, как будто, вполне нормально! Но вы же абсолютно не понимаете, что ваши мирки являются частями огромного мира. Не будет мира, не будет и вас. А вы мир спасать не намерены, зарывшись в свои семьи, дачи, работы, заготовки, тренировки… Мол, пусть этим занимаются другие, которые настолько глупы, что им, может, и не дороги собственные жены, дети, внуки! Ведь так? Конечно так! Вот только однажды случится так, что тех других, а их ведь, «глупых», на свете очень мало, однажды их в нужном месте совсем не окажется! Вот так-то! И большой-пребольшой мир людей останется без защиты! И сразу всё затрещит и погибнет! Вы все погибнете! По частям и в целом!
– Типун тебе! С чего бы это? Кажись, из-за потери своей работы ты совсем рехнулся, парень! С чего это весь мир погибнет?
– Да с того, что все вы по кустам!
– Это я понял! Понял я! Но миру-то что угрожает, пока мы по кустам? Ну? Выдай, хоть что-нибудь! Не придумал ещё? – начал откровенно издеваться Александр Петрович, поняв, что Сашка не готов это сформулировать.
– Многое угрожает! – не сразу нашёлся Сашка.
– Это совсем не ответ! Это жалкая увёртка! А я тебя прямо спрашиваю, что угрожает миру? Ты прямо и ответь! Конкретно ответь!