В сохранение боеспособности остатками разбитого разведвзвода с возвращением северных корейцев в Зелёную или их возможной попыткой захватить вертолет Крастер не верил. Впрочем, все же попытавшись нейтрализовать эту маловероятную угрозу размещением базового лагеря с медпунктом в «углу» лесного массива на высоте 222, снабдив оставленного там за старшего капрала Хьюза радиостанцией взводного сержанта. Туда же получил приказ таскать боеприпасы от вертолёта штаб-сержант Мерсье, что, закончив, должен был взять медпункт под свое командование. Больше ничего сделать для обороны вертолета Крастер все равно не мог. Размазывать взвод по направлениям многочисленных возможных угроз было бы преступлением.
По очевидным теперь причинам устраивать засаду на самом перевале было не лучшим вариантом, поэтому взвод спустился по лесу в соседнюю долину. Опушка леса у высоты 222 в выбранном под позицию месте как ставила под фланговый огонь поднимающихся к гребню северокорейцев, так и давала неплохой продольный обстрел их тыловых подразделений на ведущей к Мертвому перевалу дороге. Хотя бы даже и с высокой дистанции.
На позиции все три отделения Крастер расположил в линию вдоль опушки. Для чего-то более сложного и эффективного местность была неподходящей. Морпехи располагались в тщательно замаскированных, прямо хоть в наставления включай, парных окопах для стрельбы лежа. Планом было удержание красных на линии высот 403–226, что к северу от первой. Помешать продвижению их пехоты в южном направлении по лесу на склоне высоты 403 лейтенант не мог, однако к этому и не стремился. Без обозов и тяжелого вооружения значительной опасности северокорейцы в соседней долине не представляли, уничтожить их можно было и после подхода к перевалу своих подкреплений. Роты южнокорейцев в дополнение к взводу Крастера, по его прикидкам, для этой задачи должно было хватить вполне. Ночью же против слишком наглого противника и без южнокорейцев можно было обойтись. Для ночной атаки с использованием приборов ночного видения из рюкзаков фактор «найти противника» был куда более критичен, чем его «уничтожить».
Если же эта рота не появится… патронов и сорокамиллиметровых гранат на руках для того, чтобы спалить вертолет даже в случае его захвата, Крастер имел с избытком.
Наблюдая за выдвигавшимся навстречу своей смерти дозором, Крастер не смог сдержать злорадной ухмылки. В этот раз ему непременно должно было повезти.
Замысел был прост. Позволить красным развернуться, запустить пехотные роты в обозначенную перед морпехами ориентирами «зону смерти» и выпилить их там внезапным фланговым огнем. Если красные виденных им ранее мер предосторожности не предпримут, то ситуация ещё более облегчится, взвод расстреляет их в походной колонне.
«Возможно» прикрывающие выдвижение стрелков к гребню перевала пулеметные расчеты в ходе постановки задач были обозначены приоритетными целями огневых групп третьего отделения. Туда же, к сержанту Мюллеру, ушел взводный сержант, занявший с командиром отделения один окоп и отобравший у Баварца радиостанцию. После расстрела пулеметчиков данное отделение должно было беглым огнем обстрелять колонну на дороге, чтобы навести панику, и очень желательно перестрелять запряжных лошадей, чтобы заставить красных минометчиков и артиллеристов таскать свои пушки и боеприпасы к ним на руках.
Два оставшихся отделения, по замыслу Крастера, должны были взять наступающие пехотные роты облическим огнем во фланг. Про кусок больший, чем он сумел бы проглотить, лейтенант подумал, однако, прикинув различные варианты, утвердился во мнении, что задача даже при агрессивных действиях противника вполне выполнима.
Левофланговые взводы коммунистов хорошие стрелки с винтовками, оснащенными оптическими прицелами, благодаря внезапности и кинжальной дистанции должны были выпилить без каких-либо вариантов в первые же минуты. А дальше пришедшие в себя северокорейцы остались бы смешавшимися в кучу на не имеющем серьёзных укрытий склоне под тем же беспощадным огнем из леса. В случае необходимости с подключением к нему третьего отделения.
Перекрестный огонь растянутых по опушке отделений отлично перекрывал установленную «зону смерти», не позволяя северокорейским солдатам найти укрытия в траве и за основной массой достаточно крупных камней и в ложбинках склона. Командир взвода и взводный сержант, пройдя по отделениям, независимо друг от друга убедились в этом лично. Огневые карточки под личным присмотром командиров отделений морские пехотинцы составили для каждого окопа включительно. Составленные командирами отделений схемы огня Крастер объединил в общей взводной.