В дверь вдруг постучали.
— Андрей Палыч! — раздался высокий голос бухгалтерши.
— Он на площадке, — недовольно ответила ей Даша, кивая головой в открытое окно.
— А ты что здесь делаешь? — удивленно надула губы в яркой помаде блондинка.
Подозрительно глядя на девушку, она проследовала по ее кивку и, удостоверившись там в наличии майора, ахнула:
— Боже! Какой мужчина!
Бухгалтерша скрестила пухлые наманикюренные пальцы на глубоком декольте обтягивающего ее объемный бюст креп-жоржетового платья.
— Я вам должна отчитываться, Любовь Васильевна? — взглянула на нее исподлобья Дарья.
Бухгалтерша с неким пренебрежением оглядела девушку с ног до головы и процедила сквозь зубы:
— Не рано ли тебе, деточка, так одеваться?
— Позвольте уже мне решать, как мне одеваться! — огрызнулась Дарья, сердито взирая на женщину.
— Ты не хорохорься. Твое время еще придет, а мое уже стремительно уходит, — с унылой грустью вздохнула бухгалтерша, переключая свой взор через окно на объект своего обожания.
Даша села за стол и разложив перед собой раскрытые папки, принялась карандашом делать пометки на чистом листе бумаги.
— Ладно, позже зайду.
— Лучше бы вообще тебя не видеть, — буркнула девушка, не глядя на бухгалтершу.
Любовь Васильевна замешкалась у двери, видимо желая что-то еще гадкое добавить, но передумав, вышла, оставляя в кабинете отвратительный запах своих цветочных духов.
Через некоторое время на пороге появился Андрей. Он был уже в небрежно застегнутой гимнастерке с закатанными по локоть рукавами. В руке он держал кожаный ремень. Волнистые волосы на его голове были смешно взъерошены, а на загорелых щеках проступил юношеский румянец.
Майор взял край вафельного полотенца, перекинутое через шею и грубо обтер им свое обветренное лицо.
— Ну, как у нас дела? — улыбнулся он. — Хм, зачем Любовь Васильевна приходила?
— Наверное, чтобы на вас полюбоваться, Андрей Павлович, — съязвила Даша, поджав губы и кивнув на открытую фрамугу, снова погрузилась в бумаги.
— Нет, надо ей подарить другой парфюм, а то меня уже скоро начнет от нее тошнить, — пробурчал майор, небрежно бросив на стол ремень.
Пряжка глухо ударилась о суконную поверхность.
Вытирая влажные волосы, Андрей остановился возле оконного откоса, и молча поглядев на построения солдат на площадке, в задумчивости произнес:
— Даш, если ты не хочешь со мной ужинать, может, согласишься пообедать?
Она в замешательстве подняла голову.
— Это тебя ничем не обязывает, — уже глядя на нее, продолжил майор.
— Андрей Павлович, право, неловко как-то, — смутилась она. — Будут еще что-нибудь про нас говорить…
— Даша, перестань. Мне на остальных наплевать, что будут о нас говорить. Сейчас главное для нас работа, я должен обеспечить своего подчиненного горячим обедом, а по возможности и ужином.
— Хорошо, до обеда еще полчаса, я подумаю, — в ответ улыбнулась девушка и снова уткнулась в записи.
…Майор довольный своей первой маленькой победой привел себя в порядок и под завистливые взгляды сослуживцев, проследовал по лестничному пролету управления в сопровождении юной красавицы.
Пообедав в местной столовой, они вернулись и допоздна просидели за работой. Андрей вызвался проводить девушку, но Даша вежливо отказалась от предложения.
Тогда он вызвал служебную машину и, усадив ее на заднее сидение, попрощался и пожелал приятных снов.
Глава 4
Наутро, справившись на проходной о местонахождении майора, Дарья прямиком направилась в его кабинет. Даже не постучав, она потянула на себя ручку с дверным полотном. Дверь поддалась и со звуком открылась. Было тихо и сумрачно в зашторенном кабинете. Послышался скрип кожаного дивана у стены.
— Даша, ты? Сколько время?
Андрей резко откинул от себя темно-синее покрывало. Увидев его мускулистый, покрытый темными волосами торс, она попятилась к двери.
— Андрей, простите… Я, наверно, не вовремя?
У нее волнующе забилось сердце.
— Ничего, заходи.
Он опустил босые ноги на дощатый пол и нижней частью ладоней протер сонные глаза.
— Ты проходи, не стесняйся. Открой окно, пожалуйста.
Взяв наручные часы со стула, с шумом выдохнул:
— Уф, проспал.
Даша послушно подошла к окну, отдернула тяжелую штору и распахнула створки рам. Душный кабинет наполнился утренней прохладой. Боясь увидеть что-то непристойное, она так простояла некоторое время в молчаливом ожидании.
Девушка спиной чувствовала, как он надевает галифе, затем натягивает на них начищенные сапоги…