— Что это вы опять не по-нашему? — прервал их диалог Виктор. — Я уже начинаю сомневаться, что вы никогда не были знакомы.
— Виктор! — ответила ему Светлана на французский манер. — Не говори глупостей. Вы лучше посидите вдвоем, тем более, вам есть о чем поговорить. Я пойду, прилягу. Голова что-то разболелась. Жарко сегодня.
Она поднялась с плетеного кресла, и высоко подняв голову, направилась к дому. Мужчины проводили взглядом ее стройную, в длинном атласном халате, фигуру.
— Вообще-то, принято вставать, когда поднимается женщина.
Андрей с улыбкой поднял стопку.
— Слушай, Андрюха! Ты-то хоть мне мозг не выноси. Брось эти свои буржуйские замашки. Мне и так дома всего этого хватает.
Григорич провел ребром ладони по горлу.
— Я только на работе отдыхаю.
— С кем? — подтрунил его Андрей. — С той бухгалтершей? Так, ничего себе. Тебе нравятся блондинки?
— Мне все, Андрюха, нравятся, кто ноги раздвигает.
— А как ты со Светланой…
— Познакомился?
Андрей вынул из кармана галифе серебряный портсигар.
— Подожди, у меня есть кое-что получше.
Виктор подошел к сервировочному столику на колесиках и открыл стоящую на нем инкрустированную шкатулку из красного дерева.
— Кубинские сигары.
Майор с благодарностью взял сигару, затем поднес к носу экзотический презент и глубоко вдохнул табачный аромат плотно скрученных коричневых листьев. Закрыв глаза, он в наслаждении выдохнул:
— Витя, я даже боюсь у тебя спросить, откуда они у тебя.
— Тесть балуется и меня приобщил, так скажем. Так вот, насчёт жены, если тебе интересно… Только давай сначала выпьем.
Он снова наполнил до краев стопки.
— В сорок пятом я был по делам в Наркомате обороны и на одном фуршете познакомился со Светкой. Вернее, меня с ней познакомил мой сослуживец. Она была там с его женой по случаю годовщины Октябрьской революции. Отец ее работает в нынешнем министерстве внешней торговли, не последний там человек. Вес, так, скажем, имеет. Позже, при разговоре с ним я понял, что ему нужно было пристроить свою непутевую дочь. Видишь ли, у нее еще до войны был роман с одним молодым офицеришкой и после, того, как тот ее бросил, Светка долго лечилась в психиатрической лечебнице после аборта…
Григорич затянулся и выпустил дым из ноздрей.
— Не знаю, что она во мне нашла? — продолжил он, после некоторых раздумий, — Мы с ней разные совсем… Сначала просто переспали, потом мне даже понравилось быть в ее обществе и когда она сама, почти в шутку предложила жениться на ней, я не отказался… Потом через своего отца выбила мне назначение на эту должность.
Виктор замолчал. Андрей сосредоточенно смотрел на друга в ощущении некоего дежавю. В горле вдруг запершило, и он прокашлялся.
— Что, крепкие? — кивнул на сигару Виктор.
— Отличные. Ничего подобного не пробовал, — пытался отшутиться Андрей. — Так что дальше? Светлана понимала, куда она едет?
— В том-то и дело. Светка сказала, что устала от светской жизни и хочет поселиться на периферии, но я-то знаю, что она до сих пор пытается убежать от несчастной любви. Иногда ездит к родителям, поживет там с месяц, два, опять приедет. Мы с ней пытались завести ребенка, но видно не судьба… Несчастный случай. А сейчас, так скажем, в свободных отношениях. У нее свои друзья, увлечения, а я в основном живу работой, иногда бывают на стороне…
Он снова выпил и закусил.
— Блондинки, — снова поддел его майор.
— Блондинки, брюнетки, рыженькие, толстенькие… и так далее, — продолжил Виктор, затягиваясь сигарой.
— Она говорила, кто он?
— Кто? Этот ее любовник? Не-а. Тайна, покрытая мраком. Давай еще по одной. Слушай, Андрюха, а ты-то как? Лиза где? Пацан твой?
— Вить, брось. Ты же знаешь, я Лизу с начала войны не видел. Она сейчас с сыном живет у своих родителей. Я, конечно же, им помогаю, но видеться с ней не хочу.
— Зря ты Андрюха, такая баба!
— Вить, лучше давай о наших поговорим…
— Сначала выпьем, — перебил его Виктор, до краев наполняя стопки. — Ты я так понял, до самого Берлина дошел?
— Да, до последнего был командиром в составе снайперской группы. Мои ребята делали зачистки в завалах от фашистских снайперов… даже после объявления капитуляции. Сколько еще наших из-за них полегло… И не только. Те еще повадились отстреливать офицеров союзных армий…
Виктор покачал головой.
— Андрюха, давай за Победу, а?
Фронтовые друзья выпили и продолжили разговор о пережитых годах военного времени, не замечая, как сгустились сумерки. Включился свет на террасе и мужчины услышали стук женских каблучков по брусчатке.