— Смотри, балки! — крикнул он. — Уже лучше. По крайней мере, не стоя будем спать.
— Мы что здесь ночевать еще будем?
— Похоже на то, — констатировал Марк, присматриваясь к количеству булыжников на входе.
Он освободил деревянные стойки от камней и вытянул их внутрь пещеры, попутно насадив под кожу занозы. Соорудив подобие настила, он умылся у водопада и позвал девушку:
— Даша, иди, подкрепиться надо. Руки вымой сначала… и лицо.
— Чистоплюй, — буркнула она на своем родном и побрела к воде.
Марк открыл ножом банку тушенки и, отломив небольшой ломоть хлеба, намазал на него душистую мясную консистенцию.
— Держи, — протянул он ей бутерброд.
— Я столько не съем, — улыбнулась Даша.
— Ешь, давай, — рассердился он.
Она смущенно приняла из его рук скромный ужин. Марк вынул из рюкзака плоский фонарик и, включив кнопку, пристроил его на высоком камне.
— Так будет лучше.
— Странно, я тебя помню в отеле, на переговорах, когда мы с тобой познакомились, — сказала она, прожевывая кусок, — Ты такой высокомерный мне тогда показался, — грустно улыбнулась она.
Он в ответ тоже улыбнулся.
— Хм. А сейчас? — посмотрел на нее Марк. — Сейчас, что ты обо мне думаешь?
— Марк, не нужно, — опустила она глаза.
— Ну, почему же. Я хотел бы знать, какое место сейчас я занимаю в твоей жизни.
Даша поперхнулась. Марк взял кружку и пошел к водопаду.
— Ну, так что, Даша? — продолжил он, протягивая ей питье.
— Марк, ты знаешь, — тихо ответила она, — Если бы не Андрей…
— Так кто тебе дороже? — заглянул он ей в глаза.
— Я прошу тебя, больше не мучай меня. Я сделала свой выбор…
Марк замолчал, сердито откусывая кусок от бутерброда.
— Марк, — позвала его Даша, но не услышала ответ. — Прости меня, если сможешь. Я знаю, что сделала тебе больно, но мне тоже больно. Я не думала, что все так получится… Я люблю Андрея больше жизни…
— А мне, мне ты это можешь сказать? — снова повернулся он к ней.
— Я не знаю, я совсем запуталась…
Она встала и прошлась по пещере, выдыхая пар изо рта.
— Очень холодно, — произнесла она, пытаясь согреться, растирая себя руками.
Марк подошел к ней и обнял ее. Ее знобило. Даша опустила голову, пытаясь, горячим дыханием согреть пальцы рук. Марк обхватил ее руки своими ладонями и наклонился к ее губам.
— Нет, пожалуйста, Марк.
Она отвернулась.
— Я очень хочу тебя, — прошептал он, целуя в шею под подбородком.
Марк взял ее лицо в свои ладони и впился в ее губы, настойчиво проталкивая свой язык ей в рот. Даша встретила его своим проникновением. Краска прилила к лицу. Ее щеки уже горели жарким румянцем. Он потянул вниз молнию ее куртки и, распахнув ее полы, сдавил пальцами грудь девушки.
Затем он стал вытягивать ее рубашку из штанов, расстегивая пуговицы. В порыве страсти Марк прижал ее к себе.
— Нет, нет, нет, — оттолкнула она его от себя, слегка пошатываясь.
— Даша, но хоть согреть-то тебя можно?
Она промолчала и в смятении села на дощатый настил. Марк вздохнул и сев рядом, обнял ее за плечи, накрывая полой своей куртки.
— Замерзнешь без меня, — ухмыльнулся он. — Я все понимаю… — вздохнул Марк, крепче прижимая к ее себе.
Даша тоже вздохнула и склонила свою голову к его груди.
— Марк, мы скоро с тобой больше не увидимся… Наверное, уже никогда…
— Ты даже не представляешь, как я тебя люблю, — произнес он, гладя и целуя ее голову.
Он немного помолчал, потом тихо сказал:
— Даша, если ты боишься, Андрей не узнает об этом. По крайней мере, от меня.
— Марк, Андрей мой муж.…Не нужно делать ошибок, о которых мы будем сожалеть.
— Я ни о чем не буду сожалеть, потому что сильно люблю тебя.
— Марк, пожалуйста…
Он обхватил ее лицо ладонями и стал осыпать страстными поцелуями. Затем повалил на импровизированную скамью и дернул вниз ее одежду…
Глава 7
— Здравствуй, Георг!
— Здравствуй, здравствуй, брат!
Мужчины радостно обнялись, хлопая друг друга по крепким спинам.
— Ну, знакомь со своим сокровищем.
— Знакомься, моя жена Дарья, — улыбнулся Андрей.
Веселый бородатый мужчина склонился в поцелуе над рукой Даши.
— Нисколько не сомневался, что жена у тебя красавица, да еще с такими глазами… А это, я так понимаю, дочь? Как зовут?
— Лариса, — сама ответила та, как отец, прищуривая глаза.
Склонив голову, он причмокнул:
— Ну, Андрей, точно твоя порода, ничего не попишешь. Умеет же мужик делать! — с восторгом повернулся Георг к своей жене.