Громов криво усмехнулся.
— И все?
— А что ещё у тебя взять? Благородство? Оно ведёт к нищете. Любовь? Гарантия одиночества. Умеешь дружить? Готовься к предательству. Нет, Гром, я возьму у тебя только то, на чем точно не прогорю. Остальное можешь оставить себе.
Машина плавно затормозила. Хартман достал мобильный. Дождавшись соединения, коротко бросил: «Мы на месте».
Обратился к Громову:
— Ты в двух шагах от новой жизни. Сейчас сделаешь первый.
— Что я должен сделать?
— Выйти из машины. Пройти сто метров по дорожке. У крайней «ракушки» будет сидеть человек. Ты выстрелишь в него. И вернёшься в машину.
— А если…
— Если не хочешь, за тебя это сделает он. — Хартман кивнул на Максимова. — Но в таком случае я верну протоколы в ментовскую спецуру. Им как раз не хватает «оборотня в погонах» районного уровня. Срок тебе гарантирован. Который, как ты понимаешь, не досидишь. Ни родственники потерпевших, ни уголовники, ни вертухаи шансов тебе не оставят. Чем избавишь Елену от необходимости посылать передачи и ездить на свиданки. Перед свиданьем принято давать начальнику или «куму», а она на это не пойдёт. Не столько из брезгливости, сколько из чисто женского расчёта. У неё для тебя замена уже приготовлена. Осталось только найти повод для разрыва. Срок — это хороший повод. Не подкопаешься.
Громов протяжно выдохнул сквозь сжатые зубы.
— Чтобы ты не дышал, как мерин в гору, я гарантирую, что этот человек по закону, кабы у нас работал закон, давно бы получил пулю в затылок. Да ты, я уверен, его узнаешь. Итак, я хочу услышать: да или нет?
— Ты меня со всех сторон обложил. Какой тут выбор?
— Меня не интересуют аргументы и мотивы, — отрезал Хартман. — Я за тебя их десятка два выдать могу. Меня интересует: да или нет?
Максимов полностью настроился на сидевшего рядом человека. Сейчас от него черным пламенем полыхало ужасом. Первобытным, звериным ужасом.
«Как при ночном прыжке на «чужую землю». Люк распахнут, из него в десантный отсек хлещет ледяная мгла. Остаться нельзя, шагнуть вперёд — невозможно. Нужно внутренне умереть, чтобы выбросить себя в чёрную дыру люка. В недолгую жизнь или в скорую смерть. В полную, тотальную, непосильную разуму неизвестность. Давай, парень! Первый — пошёл!»
— Да! — выдохнул Громов.
Хартман обратился к Максимову:
— Сними с него наручники и дай пистолет.
Оперативная обстановка
Центр
Оперативному дежурному
В ходе действий по сигналу «Набат» спецгруппой Антитеррористического центра ФСБ РФ при поддержке отряда СОБР ГУВД г. Москвы произведён осмотр складских помещений по адресу: 2-ая Мытищинская д.3, принадлежащих ООО «Рудистан».
В помещении склада № 4 на втором этаже обнаружены следы пребывания группы неустановленных лиц численностью до десяти человек. При осмотре служебного помещения № 45 сработало безоболочное взрывное устройство и произошёл выброс отравляющих веществ (предположительно — хлорпикрина).
Осмотр был немедленно прекращён, наряд эвакуирован, периметр здания взят под усиленную охрану.
В настоящий момент производится установление личностей задержанных на территории складского комплекса.
Приняты меры по установлению места пребывания и препровождения для снятия показаний владельцев и администрации складского комплекса.
Глава двенадцатая
Псы закона
«Д» — 1
21:30 (в.м.)
Серый Ангел
В районном отделении медленно набирала обороты ночная вахта. Жертвы зарегистрированных преступлений и надоедливые заявители до утра покинули унылые коридоры. В клетку «обезьянника» и в кабинеты оперов уже начали свозить первых клиентов новых административных и уголовных дел.
Начальника отделения на месте не оказалось. Его обещали срочно найти и доставить для беседы со Злобиным. В том, что начальник не станет скрываться, Злобин не сомневался. Но был уверен, что на встречу в не застёгнутых штанах начальник не сорвётся. Обязательно возьмёт тайм-аут для согласования позиции со своим куратором в ГУВД.