Ёжкин уже сдулся, но шесть его не улеглась окончательно, и он нервно подёргивал хвостом, словно у него открылся хвостовой нервный тик.
- Чертовщина какая-то, - проворчала себе под нос Ася и пошла в свою комнату. Собственной голос, звучащий в тихой квартире, успокаивал.
Яблони цвели этой весной густо, все ветви были укутаны кружевом цветов, лепестки устилали траву под деревьями словно снег.
Мужчина стоял у пыльного окна старой дачной веранды и задумчиво смотрел на облетающие лепестки яблонь.
Белая масляная краска на штапиках, окружающих квадратики стёкол, потрескалась и была похожа на шелушение запущенного псориаза. Весь этот дом пропах сыростью, запахом ядовитых грибов и сладковатой гнилостью из подвала, навивающей мысли о вздутой мертвечине.
Как этот дом контрастировал сейчас с этими цветущими яблонями и вон той вишней в углу участка и той старой сливой, покрытой сиреневатыми цветами. Выродившаяся без должного ухода, слива превратилась в тёрн, растопыривший свои колючие ветви во все стороны.
Солнечный свет падал на лицо мужчины, стоящего вполоборота к окну. Взгляд его был задумчивым и расслабленным. Высокий, нескладный в своей худобе, он упирался руками об подоконник и его длинные тонкие пальца словно жили своей жизнью, выстукивая ритм слышной только ему мелодии. Близился вечер, о чём прозрачно намекало розовеющее небо.
- Глеееб, - прервал его думы голос из глубины дома.
- Да? – спокойно обернулся он на голос.
Из темноты дома вышел к нему навстречу Славик, лохматый, с паутиной на волосах, подёрнутых проседью.
Покинув службу в полиции, Славик первым делом перестал стричься как было положено на службе. Светлорусые волосы болтались чуть выше плеч, прикрывая его уши, а отросшая чёлка была раскинута по сторонам лба, словно занавеска.
Он протягивал Глебу старинную книгу в кожаном переплёте, завёрнутую в тряпку из старого выцветшего гобелена.
- Я ж говорил, что эта старуха забудет тут что-нибудь полезное для нас? – довольно протягивал книгу Славик, своими руками, покрытыми старыми ожогами.
Глеб повернулся к нему и протянул руку к книге. Другая сторона его лица оказалась в лучах заходящего солнца и, подкрашенная розоватым светом заката, она была похожа на обгоревшую пластиковую маску. Наплывшее верхнее веко сужало щель, в которую проглядывал левый глаз, уголок рта, поднятый ожогом, придавал лицу выражение зловещей ухмылки.
- Не знаю, Слав. Мы посмотрим, конечно. Но, если она оставила это специально для нас?
Славик нахмурился и посмотрел на эту книгу как на змею, зажатую в кулаке.
- Да, ты прав. Надо бы её проверить. Может и лучше было бы, если б мы позволили моему отцу закатать этот дом в землю? – с сомнением в голосе повторил уже в сотый раз Славик.
- Не знаю, время покажет, - философски отметил Глеб.
- Чего делать будем? – уточнил Славик.
Глеб присел на подоконник.
- Выкупим этот дом и участок, раз они поступили в продажу. Поставим тут бытовку и сделаем себе базу.
Славик присел рядом с другом на подоконник.
- Место гнилое, - засомневался он.
- Место с силами. Надо разобраться тут, использовать всё что можно в своих интересах.
- Как скажешь, - не стал спорить Славик, - знать бы, куда она свалила.
- И главное, зачем, - согласился Глеб.
- Не к добру это. Мертвяков больше стало, - выразил свои волнения Славик, - задумала ведьма что-то глобальное. Ей давно скучно было, маялась от безделья.
- Ну да. Простые пакости, ей уже приелись. Будем посмотреть.
- Угу, - мыкнул Славик.
- Погнали к тебе, книгу забирай, проверим.
- Погнали.
Дорогие мои читатели, подписывайтесь на мою страницу, чтобы не пропускать продолжение.
2. Полет на драконе
От зноя воздух над травой звенел и переливался волнами, дрожал, норовя превратиться в мираж, обещающий прохадные озёра. Кузнечики и цикады трещали как полоумные. Это звуковое безумие прерывали звуки рассекаемого крыльями воздуха. Это были крылья поменьше и совсем гигантские. Гигантские делали пару мощных взмахов и затем поддерживали парение, накрывая землю фигурной тенью.
Под этим навесом пряталась птица поменьше. Хотя, какая птица? Ася сидела на спине дракона, чьи чещуйки на спине тихо шуршали при каждом взмахе крыльев. От дракона пахло пылью, как пахнет наверно от старого орла и его перьев, а ещё пахло копчёным дымом, как от остывших головешек в потухшем костре.
Сидя на попоне, напоминающей бабушкин коврик, связанный из тряпочек, держась за кожанные ремни, закреплённые вокруг шеи животного, Ася всем своим телом чувствовала напряжение мышц дракона, их движение при взмахе крыльев. Её слегка поднимало вверх при взмахе крыльев, когда дракон отталкивался ими от воздуха.