— Оксана! — снова кричит.
Так хочется выкрикнуть в ответ «долбаеб», но нельзя, найдет. Нужно, чтобы помучился. Впереди засветили фары. Я добралась до трассы? Ну, Прытков, ты у меня попрыгаешь. Размахиваю руками перед машиной. Какая-то тачка заехала прямо в лес. И что они тут забыли? Машина остановилась, вышли ребята.
— Парни, парни, помогите, — замахала я им.
— Она?
— Точно. Сама вышла.
— Вы чего? — я почувствовала неладное. Странные взгляды.
— Грузим.
Ребята пошли на меня, я инстинктивно, чувствуя беду, начала пятиться и развернулась бежать обратно к Артему. Не успела. Мужские руки обхватили меня сзади и подняли над землей. Я завизжала. Все перевернулось. Меня впихнули в машину, к лицу поднесли мокрый, смоченный вонючей жижей обрывок ткани. Я сделала пару вдохов, тело обмякло, сознание помутнело.
Танька
Меня тошнило. Когда перед глазами перестали летать мошки, я смогла разглядеть маленькую комнату без окон, в которой меня заперли. Здесь нет мебели, пусто, только обшарпанные грязные стены. Я поднялась с пола, тело болела от долгого лежания на твердой поверхности. Шатаясь, я дошла до дверей и постучала.
— Открывайте... сволочи, — слова выговаривались с трудом.
Я не собиралась снова быть жертвой обстоятельств. Да, меня похитили, но я не стану сидеть молча в углу и жалобно скулить, не в этот раз. Меня услышали. Тяжелые шаги подошли к дверям и я услышала громкое «заткнись».
— Открывай! — я со всей силы ударила кулаком в дверь. — Мой отец вас всех прирежет!
— Ха, — засмеялся в ответ голос. — Твой папаша уже ничего не может. Сиди тихо.
— Ага, щас!
Я снова ударила в дверь, но уже ногой. Ответа не последовало, наоборот, я услышала удаляющиеся шаги и это напугало меня еще больше. Я не жертва, я не жертва. В голове крутились слова моего психотерапевта. Воздух становился тягучим, дышалось тяжело. Начинается паническая атака. Я присела на корточки, опустила голову и глубоко задышала. Признаюсь, я всегда знала, что это произойдет. Снова. Как бы не старался мой идиотский врач избавить меня от внутренних страхов, ничего у него не вышло. Мне страшно. Мне жутко. Паника завладевала мной, поддавшись страху, я с новой силой забарабанила в дверь. В ответ тишина. Самое худшее что может случиться с человеком в подобной ситуации — это игнорирование. Уж лучше выслушивать угрозы от этих мудаков, чем оставаться один на один со своими страхами. Одно мне не понятно. Каким образом этот самоуверенный баран допустил мое похищение? Он вообще сообразил, что я не по своей воле уехала? Может сидит сейчас в своей халупе, жует свое вонючее мясо. Тоже мне военный. Да какой ты военный, если ты не смог предусмотреть такое!
Время. Сколько я уже сижу здесь? Электрическая лампа освещает мою темницу желтым светом. Тошнота не проходит. Шаги за дверью вызвали прилив адреналина, от радости услышать человеческий голос перехватило дыхание. Я не одна, не одна!
— Эй, эй! Открывайте! — я заколотила в дверь, привлекая к себе внимание, боясь, что шаги пройдут мимо.
Я готова была слушать в свой адрес оскорбления, угрозы, что угодно, лишь бы не быть одной. Шаги остановились возле двери. Я тороторила без умолку всякую ерунду, чтобы неизвестный задержался. К моему удивлению неизвестный не только остановился у двери, но и заковырял ключиком в замочной скважине. Повернулась круглая ручка, дверь открылась и на пороге я увидела... Таньку!
— Танька! — я кинулась на шею своей подруге. — Как ты меня нашла? А папа? Папа тоже здесь? Блин, Танька!
— Все в порядке, не переживай, идем, — Танька вывела меня из комнатушки без окон и повела за собой по коридору.
— Как вы нашли меня? А этот придурок... Артему наподдавали? Это он меня проворонил! — радость от спасения распаляла меня. Я представляла лицо этого мудака и мысленно отвешивала ему тяжелый удар в квадратную челюсть.
Танька молчала и загадочно улыбалась. Я шла за ней по коридору и была уверена, что сейчас увижу своего отца. Это он нашел меня и спас. У меня случился полный ступор, когда подруга завела меня в комнату и на полу я увидела Артема. Его лицо было избито, руки связаны за спиной, парень стоял на коленях.
— Это слишком, вы перестарались, — в шоке говорила я. Конечно, его нужно было наказать, но не так. К тому же, если по-честному, я сама виновата.
— Вот мы и встретились, Оксана. Опять, — я услышала знакомый голос. Это был Юсуф. Он расположился в кресле, закинув ногу на ногу.
— Не поняла. Таня? — я обратилась к подруге.
— Бу! — резко крикнула Танька и разразилась смехом. Испугавшись, я подпрыгнула.
— Где отец? — я не понимала, что происходит.