Падальщик аж притормозил от такой наглости. Посмотрел на меня, как на идиота. Типа, «ты че, больной, такими фокусами заниматься?». Но голод не тетка. Осмелел и снова попер.
«Ладно, хрен с тобой, Протокол. Будем по-дедовски», — процедил я, готовясь встречать гостя.
Поднялся. Тело — как студень, но старые рефлексы не пропьешь. Адреналин ударил в голову, разгоняя кровь. Глаза этой пакости горели красным. Голодные.
Первый выпад твари я отбил почти инстинктивно. Ушел с линии атаки, камень просвистел мимо ее башковатой морды. Воняло от нее так, будто она в канализации обедала.
Вторая атака. Эта тварь была настырной. Прыгнула, целясь в горло. Совсем страх потеряла. Но я уже ждал. Шаг в сторону, разворот корпуса и мощный удар камнем в бочину. Хрустнуло знатно. Тварь взвыла так, что у меня чуть барабанные перепонки не лопнули, и отлетела к стене.
Но эта сволочь и не думала сдаваться. Злобно зарычала, хромая на подбитую лапу, и снова приготовилась к прыжку. В глазах — чистая ненависть. «Ну, давай, давай, родная», — сквозь зубы проговорил я.
Я уже понял ее тактику. Прямолинейная, как рельса. Расчет на скорость и внезапность. Но я таких быстрых и внезапных на завтрак ел.
Когда она снова прыгнула, я сделал то, чего она точно не ожидала. Шагнул навстречу, резко присел и со всей дури саданул камнем снизу вверх, метя в брюхо — туда, где, по словам системы, у нее была «минимальная защита».
Мой удар был точен. Камень вспорол ей пузо, как консервный нож банку тушенки. Визг перешел в булькающий хрип. Падальщик рухнул на камни, дергаясь в конвульсиях и заливая все вокруг своей вонючей кровью. Через пару мгновений все было кончено.
Я тяжело дышал, опершись о стену. Сердце пыталось выпрыгнуть из груди. Рука с камнем была вся в этой мерзости. Но я был жив. И это было главное.
«Цель „Пещерный падальщик, молодой самец“ нейтрализована.»
«Ублюдок получил по заслугам», — устало подумал я.
«За проявленную доблесть… тактики боя… пользователю начислено 15 единиц опыта.»
«Негусто, но хоть что-то».
«Ассимиляция остаточной жизненной энергии противника… Воля Императора восстановлена: 7 ЭИ.»
«Капля в море, но уже не ноль».
«Текущий уровень Воли Императора: 7 / 100 ЭИ.»
«ВНИМАНИЕ! Обнаружена попытка установления связи со стороны стаи падальщиков! Рекомендуется немедленно покинуть текущую локацию!»
«Давно бы так, железяка!» — мелькнуло в голове, заставив меня встрепенуться.
Пятнадцать опыта, семь «Воли». Не разгуляешься. Но последнее сообщение заставило меня подобраться. Стая. Значит, эта скотина была не одна. И скоро тут будет весело.
«Система, быстро потроши этого дохляка! Что там полезного, кроме вони?»
«Сканирование останков цели „Пещерный падальщик“…»
'Обнаружены потенциально полезные компоненты:
— Неповрежденные клыки (2 шт., содержат активный нейротоксин средней концентрации).
— Фрагмент костяной пластины (1 шт., обладает повышенной прочностью).
— Сердце падальщика (1 шт., содержит высокую концентрацию адреналиновых стимуляторов… употребление в сыром виде опасно…).'
«Можно врагам зубы заговаривать или суп варить… шучу, — подумал я про клыки. — Пластина — на наколенник себе сделаю, ага. Сердце… Спасибо, я пока не настолько голоден, чтобы жрать сырые сердца всякой дряни».
«Внимание! Труп быстро разлагается, выделяя токсичные миазмы.»
«Проваливай отсюда, короче», — понял я намек системы.
Клыки и пластина. Заберу. Пригодятся. Может, ожерелье себе сделаю, буду местным дикарем-модником. Быстро выломал клыки, отковырял пластину.
Снизу уже слышался топот и злобное рычание. Их там было много. Похоже, вечеринка только начиналась.
Надо валить. Наверх. К свету.
Я посмотрел на свои руки. Тонкие, белые. Как у этого… Лисандра. Но внутри сидел старый, злой Воронов. И он не собирался так просто подыхать в этой вонючей яме.
«Ну что, Империя, жди меня, — криво усмехнулся я, глядя на далекий огонек. — Твой блудный принц возвращается. И он очень, очень не в духе».
Я начал карабкаться. Каждый уступ, каждый камень — маленькая победа. Этот мир еще узнает, что такое перезагрузка по-спецназовски.
В конце концов, кто, если не я, покажет этой Империи, где раки зимуют?
Глава 2
Ну что, Империя, встречай своего блудного, слегка помятого и очень недовольного принца. Эти мысли вертелись у меня в голове, пока я, стиснув зубы, пытался превратить это хлипкое аристократическое тело в подобие альпиниста. Каменный колодец, в котором я имел удовольствие очнуться, был той еще дырой. Отвесные, скользкие стены, покрытые какой-то мерзкой слизью, уходили вверх, во тьму, где тускло мерцал единственный огонек — мой путеводный маяк в этом подземном царстве отчаяния.