Я инстинктивно отпрянул, чуть не свалившись с лежанки. После вчерашних гигантов на площади, я вроде бы должен был привыкнуть к их размерам, но просыпаться от того, что над тобой нависает такая… э-э-э… дама, было немного слишком даже для меня.
«Проснулся, маленький?» — пророкотала она, ее голос был низким и грубым, но без злобы. На ее лице появилась широкая, зубастая улыбка.
«М-маленький?» — выдавил я из себя, чувствуя себя лилипутом в стране Гулливеров.
«Ну да, ты же почти вдвое меньше наших мужчин, — она снова ухмыльнулась. — Не бойся, не съем. Я — Грунна. Мне велели присмотреть за тобой, пока твоя остроухая подружка не вернется». Она поставила на пол большой глиняный поднос, на котором дымился огромный кусок жареного мяса, лежали какие-то испеченные в золе корнеплоды и стояла большая деревянная кружка с чем-то темным. «Ешь, тебе нужны силы. Вчера ты неплохо повеселил нашего вождя. Давно он так не смеялся».
Пока я, стараясь не подавиться от удивления и остатков вчерашнего хмеля, набрасывался на еду (которая, к слову, оказалась на удивление вкусной, хоть и очень жирной), Грунна принесла мне одежду. Простые, но прочные штаны из грубой ткани, кожаная рубаха и мягкие сапоги. Все было подогнано под мой, по их меркам, «детский» размер.
«Это тебе, — сказала она, бросая одежду на лежанку. — А то в своих имперских железках ты, наверное, и спишь стоя». Она снова ухмыльнулась, и в ее взгляде появилось что-то… игривое? «Хотя, ты и в них ничего, крепенький такой… Для маленького». Она подмигнула мне одним глазом и, покачивая широкими бедрами, вышла из комнаты.
Я остался один, переваривая завтрак и впечатления. Грубое заигрывание великанши вызывало скорее смех, чем смущение. Похоже, чувство юмора у Кхар’раш было таким же прямым и незамысловатым, как и они сами.
Вскоре появилась Лиандриэль. Она тоже была одета по-местному — свободная туника из мягкой кожи, открывающая изящные плечи и верхнюю часть груди, где виднелась сложная татуировка или узор Шай’ал, и обтягивающие штаны, заправленные в высокие сапоги. Выглядела она в этом наряде еще более… притягательно. И, похоже, совершенно не смущалась своей открытости.
«Как спалось, победитель камней?» — спросила она с легкой усмешкой, но в ее фиалковых глазах читалась искренняя забота.
«Как убитый, — признался я, потирая виски. — Кажется, я вчера немного перебрал с вашим местным самогоном. Что это вообще было?»
«Медовуха Кхар’раш, — улыбнулась она. — Очень крепкая. Но Торвунд был впечатлен твоей стойкостью. И твоей… прямотой. Похоже, ты ему даже понравился. После того, как он чуть не пришиб тебя камнем, конечно».
«Очень мило с его стороны, — проворчал я. — Ну и что у нас на сегодня в программе? Еще одно состязание по метанию булыжников? Или, может, борьба на драконах?»
Лиандриэль посерьезнела. «Сегодня у нас очень важная задача, Лисандр. Нам нужно попытаться связаться с моими союзниками. Передать им, что ты жив, и твои координаты. Для этого мы воспользуемся остатками коммуникационных технологий Кхар’раш. Здесь, в городе, есть старый узел связи, который, по слухам, еще можно запустить».
Мы вышли из цитадели и направились вглубь города. И чем дальше мы шли, тем больше я убеждался, что Лиандриэль была права, говоря об упадке этого народа. Если вчерашний путь к цитадели пролегал по относительно чистым и оживленным улицам, то теперь мы углублялись в более трущобные кварталы.
Здесь царила грязь и нищета. Дома были еще более ветхими, многие — полуразрушенными. На улицах валялся мусор, среди которого копошились какие-то мелкие, похожие на крыс, существа. Пьяные великаны горланили песни или дрались прямо на мостовой. Я видел женщин-Кхар’раш, с усталыми, потухшими глазами, предлагающих свои… услуги… другим великанам или редким чужакам-торговцам, которые, видимо, иногда сюда все же добирались.
В одном месте мы стали свидетелями жуткого обряда — какого-то провинившегося великана, привязанного к столбу, клеймили раскаленным железом под одобрительные крики толпы. Зрелище было не для слабонервных.
«Да уж, — пробормотал я, отворачиваясь. — Веселенькое у них тут общество. Культурный отдых, так сказать».
«Они многое пережили, Лисандр, — тихо сказала Лиандриэль, ее голос был полон грусти. — Войны, предательства, изоляция… Это сломало многих. Они забыли, кем были когда-то. Но не все. Еще остались те, кто помнит древние знания и стремится к свету».
Она привела меня к зданию, которое разительно отличалось от окружающей разрухи. Оно было построено из гладкого, темного металла, с большими, хоть и пыльными, обзорными окнами. Фасад был покрыт сложными, выгравированными символами, похожими на те, что я видел на доспехах «Протектор-Альфа». Это явно было строение времен технологического расцвета Кхар’раш.