Ситуация становилась все более и более безумной. С одной стороны — армада танков Крейла, которая вот-вот обрушится на город. С другой — какие-то непонятные «тени», палящие со стен цитадели из неизвестного оружия. И я — посреди всего этого, с почти бесполезными доспехами и дохлым роботом.
«Так, — я тряхнул головой, пытаясь отогнать нахлынувшую растерянность. — Нужно действовать. И действовать быстро».
Я повернулся к «Центуриону», который все еще стоял посреди двора, как молчаливый железный истукан.
«Система! — отдал я мысленную команду, из последних сил концентрируя остатки своей „Воли Императора“. — Боевой протокол „Центурион-Дельта“! Перевести в режим автономной обороны сектора! Приоритетные цели — любая вражеская техника и крупные скопления пехоты, приближающиеся к воротам цитадели! Использовать импульсный „Гатлинг“ и плазменную пушку! Ракеты — только по моей команде или в случае крайней необходимости! Действуй, как самодостаточная боевая единица! Защищай этих черных здоровяков!»
«Запрос принят. Активация протокола автономной обороны „Цитадель-Страж“. Боевые системы „Центуриона“ переведены в режим ожидания и автоматического реагирования на угрозы. Расход „Воли Императора“ на поддержание автономного режима — 2 ЭИ в минуту.»
«Два ЭИ в минуту… — хмыкнул я. — Значит, у него есть минут тридцать автономной работы, прежде чем моя „Воля“ закончится окончательно. Негусто. Но лучше, чем ничего».
Я посмотрел на Лиандриэль. Она стояла рядом, ее лицо было бледным, но в фиалковых глазах горела решимость.
«Лиандриэль, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. — Похоже, у нас тут нарисовался еще один фронт работ. И мне очень не нравится эта хрень со „стреляющими тенями“. Давай-ка прокатимся. Нужно слетать на твоем „Стриже“ и взглянуть, какого хрена там происходит на этих стенах. И кто там решил поиграть в бога грома».
Я решительно направился к ее флаеру, который стоял тут же, во дворе.
«Я сам поведу, ты не против? — бросил я через плечо. — У меня есть некоторый опыт управления подобными штуками. Ну, почти подобными». Врать я не собирался — антигравитационными мотоциклами я, конечно, не управлял, но истребителями и вертолетами — приходилось. Думаю, разберусь.
«Ты со мной? — я остановился у „Стрижа“, ожидая ее ответа. — Или я могу и один сгонять. Но вдвоем как-то… надежнее, что ли».
Лиандриэль на мгновение замерла, словно взвешивая все «за» и «против». Затем ее губы тронула легкая, едва заметная улыбка.
«Конечно, я с тобой, Лисандр, — сказала она, подходя ко мне. — Кто-то же должен прикрывать твою безрассудную имперскую задницу. Да и посмотреть на то, как ты будешь управлять „Стрижем“ после тех пируэтов, что ты выписывал на „Центурионе“… это будет то еще зрелище».
Лиандриэль с легкой усмешкой на губах подошла к «Стрижу». Ее движения были плавными и грациозными, даже когда она легко запрыгнула на заднее сиденье флаера. «Ну что, пилот-ас, — сказала она, устраиваясь поудобнее и проверяя крепления своего энергетического лука. — Куда летим спасать мир на этот раз?»
«Сначала разберемся с этими „тенями“, — проворчал я, перекидывая ногу через переднее сиденье… — А потом уже будем думать о спасении мира. Или хотя бы наших собственных задниц».
Я уселся, пытаясь разобраться с управлением. Передняя панель «Стрижа» была не такой сложной, как у «Центуриона», но все равно представляла собой набор незнакомых мне символов, рычажков и сенсорных дисплеев. Никакого штурвала или педалей, к которым я привык. Похоже, управление здесь тоже было частично нейронным или через какие-то тактильные интерфейсы на рукоятках.
«Так… — пробормотал я, оглядывая приборную панель. — Где тут у этой адской машины „газ“, а где „тормоз“? Или она на святом духе Шай’ал летает?»
Я потянул на себя один из рычажков. «Стриж» дернулся и издал какой-то недовольный писк. Нажал на сенсорную панель — двигатели взревели, и флаер чуть не подпрыгнул на месте, едва не задев крылом стоявшего рядом «Центуриона».
«Черт! Лиандриэль, подсоби! — не выдержал я, чувствуя, как краска стыда заливает мое лицо (хорошо, что шлем скрывал это). — Сюда жать⁈ Или вот на эту хреновину⁈ Я сейчас тут все разнесу к такой-то матери, так и не взлетев!»