Я быстро забрался в кабину робота. Нейроинтерфейс подключился мгновенно. Я снова ощутил эту невероятную мощь, это единение с машиной. Боезапас… ну, его хватит на один хороший танец.
«Лиандриэль, — сказал я по связи, — оставайся с Кхар’раш. Прикрой их отход в цитадель. А потом — найди себе хорошее укрытие и наслаждайся шоу. Или молись своим эльфийским богам, чтобы я не разнес тут все к чертовой матери вместе с этой вашей 'Стражем».
Лиандриэль и Кхар’раш, вняв моему совету (или просто решив, что спорить с безумным имперцем в гигантском роботе — не лучшая идея), начали отходить вглубь цитадели, укрываясь за ее массивными стенами. Я видел, как Лиандриэль, прежде чем исчезнуть в темном проеме ворот, обернулась и посмотрела на меня — в ее фиалковых глазах была тревога, но и какая-то новая, твердая уверенность.
«Ну что, Чудо-Юдо, — пробормотал я, глядя на вершину той самой смотровой башни цитадели, что нависала над главным входом и где все еще металась эта загадочная „Страж“. — Пора начинать наш маленький тет-а-тет».
Я снова перехватил управление «Центурионом», переводя его из автономного режима в боевой. Орудийные системы ожили.
И тут «Страж» сделала свой ход.
С невероятной скоростью она спрыгнула с вершины смотровой башни, ее темная, гибкая фигура промелькнула в воздухе, как выпущенная из пращи тень. Она не полетела вниз, во внутренний двор, а приземлилась на одну из внутренних стен двора, как раз напротив меня и «Центуриона», метрах в ста.
«Ну, здравствуй, красавица, — осклабился я, чувствуя, как напрягаются все мышцы. — Похоже, ты решила начать первая. Очень неосмотрительно с твоей стороны».
Я развернул «Центуриона» ей навстречу, его орудийные системы пришли в полную боевую готовность.
И в этот самый момент, когда я уже готовился открыть огонь, когда «Страж» приготовилась к прыжку или атаке, когда первые грави-танки Крейла уже должны были вот-вот показаться у городских стен, а из брюха второго «Молоха» начал бы сыпаться десант…
Небо взорвалось!
Нет, не фигурально. Буквально.
Высоко над нами, там, где только что было бледно-зеленое небо Фобоса-7 с двумя его солнцами, вспыхнула ослепительная точка света. Она стремительно расширялась, превращаясь в разрыв пространства, из которого, один за другим, начали выходить ОНИ.
Корабли.
Но это были не неуклюжие транспортники Крейла и не дикие драконы Кхар’раш. Это были… имперские крейсера. Изящные, хищные силуэты, покрытые золотой и багровой броней с гербами Архосов. Их было не меньше десятка. А во главе этой армады шел огромный, величественный флагман, от одного вида которого у меня перехватило бы дыхание, если бы я дышал в тот момент.
«ВНИМАНИЕ! — голос Протокола в моей голове на этот раз звучал почти… возбужденно? — Зафиксировано появление флота, идентифицированного как… как Лояльный Имперский Флот Возмездия! Сигнатуры кораблей соответствуют архивам Линии Архос! Ведущий корабль — флагман „Неукротимый“, личный дредноут Императора Кайзера Архоса!»
«Неукротимый»… — это название эхом отозвалось в глубине памяти Лисандра, той ее части, что теперь была и моей, вызвав странную, почти болезненную волну давно забытых чувств. — Корабль отца… Но как?.. Кто на нем⁈ Кто привел его сюда⁈
Я стоял в кабине «Центуриона», забыв на мгновение и про танки Крейла, которые, я был уверен, уже начали свой штурм городских стен, и смотрел в небо, не веря своим глазам. Имперский флот. Они пришли.
А «Страж»… она замерла на стене внутреннего двора цитадели, ее гибкая фигура напряглась, как натянутая струна. Она тоже смотрела на небо, на эту внезапно появившуюся армаду. Я не видел ее лица под темным капюшоном, но чувствовал исходящие от нее волны шока, ярости и… да, это был страх. Несомненный, животный страх перед этой несокрушимой мощью, что обрушилась с небес.
И в этот момент, когда все вокруг, казалось, замерло в ожидании, когда имперские крейсера уже начали свою работу, разнося в щепки силы Крейла за стенами города, мой взгляд снова вернулся к ней. К этой твари в капюшоне. К этому «Стражу», который хотел уничтожить «Центуриона» и, похоже, меня вместе с ним.
Мои губы скривились в хищной усмешке. Сейчас, когда поддержка уже здесь, когда чаша весов так резко качнулась в нашу сторону, я мог позволить себе немного… личного.
«Вот я и вернулся, тварь, — мой голос, усиленный динамиками „Центуриона“, прорезал наступившую тишину во дворе. Он был холоден, как сталь, и полон неприкрытой угрозы. — Помнишь, ты говорила про „очищение“ и „ошибки Архосов“? Кажется, у нас с тобой намечается очень серьезный разговор на эту тему».