«Я не за этим сюда прилетел. Меня ждёт NASA… Тьфу!»
— Длительный перелёт, усталость, — понимающе подсказал Миналь, поправив солнцезащитные очки. — Забудь. Отрекись от реальности, — он подумал и продолжил. — Двадцать шесть атоллов к твоим услугам. Около ста пятидесяти островов-курортов. Солнце круглый год. Средняя температура восемьдесят шесть градусов. Дайвинг, сноркелинг, пляжный отдых, СПА… Всё, что пожелаешь, Анри. Здесь время останавливается.
Ландау вздохнул. Он всем сердцем желал воспользоваться бесплатной рекламой от старого друга.
«Друга ли?»
— Миналь, ты наверняка уже понял, что я прилетел не за тем, чтобы поговорить о Мальдивах.
— Понял, — подтвердил Эон лёгким кивком головы. — Знал, что рано или поздно ты явишься. Совесть грызёт или что-то ещё?
— Не знаю чего больше, — признался Анри.
— Визит в Даллас закончился поражением. Мама передала тебе послание?
— Да.
— Тогда чего в нём было непонятного?
Ландау пожал плечами и сделал глоток кофе. Всё это время Миналь неотрывно следил за ним.
— Оно заставило найти тебя.
— Давай на чистоту. Что случилось? Тебя тоже уволили?
— Нет. Но… не знаю как сказать.
— Прямо.
Анри заёрзал под пристальным взглядом. Он думал и не мог решить какой шаг будет правильным — вывалить всё сейчас или сначала поговорить о погоде. В итоге Ландау наклонился к чемодану, расстегнул молнию и вытащил увесистую брошюру с эмблемой последней миссии «Колумбии». Он положил её перед Миналем и быстро убрал руки под стол.
Эону было достаточно секунды, чтобы узнать документ, но тем не менее он не понял намёка.
— Что это?
— Отчёт о расследовании гибели космического шаттла «Колумбия» 1 февраля 2003 года.
— Всплыли новые факты?
— Нет. Но я прошу тебя очень внимательно прочесть его ещё раз.
Миналь нахмурился.
— Анри, я помню это расследование. Изучал в университете, позже на испытательном полигоне на авиабазе «Мыс Канаверал». Аэродинамика экспериментального образца была схожей. Это помогло мне при маневрировании на высоте в семьдесят восемь тысяч футов. Я прослушал гигабайты переговоров командира и кэпкома в тот злополучный день, — далее последовало предложение. — Могу процитировать текст прямо сейчас.
— Миналь, я верю в твою уникальную память, — перебил его Ландау и был лишён права голоса.
— Нет! Память не при чём! Любой хороший пилот учится на чужих ошибках и избегает множества собственных, которые он непременно совершил бы, не зная причин катастрофы похожего корабля. Почему я должен прочесть отчёт о крушении «Колумбии» ещё раз?
И Анри понял, что не понимает, как донести до Эона правду. Но это следовало сделать прямо сейчас.
— Мне нужны твои мысли, выводы, анализ произошедшего. Возможно, есть что-то оставшееся незамеченным.
— Расследование закрыто. Добавить нечего. Моё мнение полностью совпадает с полученными результатами.
— Хорошо. Тогда… — Ландау снова нагнулся, чтобы извлечь ещё один отчёт. Совсем свежий с той же самой эмблемой миссии на титульном листе. — Вот. Совершенно секретно. И я верю в твою порядочность.
— Издеваешься?
— Нет, — Анри подался вперёд и понизил голос. — Этих данных ты никогда не видел и никто из живущих на Земле, кроме небольшой группы специалистов NASA.
— Мы же вроде не ЦРУ, чтобы скрывать информацию?
— Отличия только в названиях, но… Миналь, не знаю как объяснить. Сам до конца не понимаю… «Колумбия» вернулась.
Эон мгновенно растерялся. Он хотел усмехнуться, но весь вид Анри кричал, что это не шутка.
— И… что значат твои слова?
— Только то, что она действительно вернулась, — настойчиво повторил Ландау, на глазах перерождаясь в аналитика. — 1 февраля 2033 года в 09:28 шаттл, эскортируемый лётным крылом, приземлился на взлётно-посадочной полосе Санпорта в Альбукерке. Его вели пилоты с авиабазы «Киртланд». Полковник Кэннон позвонил в NASA. Чудом наткнулись на меня, — он опустил руку на отчёт и продолжил голосом заговорщика. — Здесь вся информация. Состояние шаттла, странный анабиоз экипажа, интерфейсы входа в атмосферу Земли, короткие переговоры предположительно с командиром, выводы, версии, теории.
— Обработали записи бортового самописца?
— В процессе.
Миналь боялся прикоснуться к брошюре, притягивающей его магнитом. Она, как атмосферный вихрь, засасывала в воронку и тянула за собой.
— Хорошо. Я ознакомлюсь с материалом расследований, — наконец, ответил он, прекращая борьбу. — Мне следует знать то, о чём здесь не написано? — кивок на документ был очень выразительным и многозначительным.