— Хоть какая-то защита, — пробормотал Эон, блокируя дверь подвернувшимся под руку креслом. — Элберт, на охрану!
Она уверенно кивнула и молча заняла указанную позицию. Здесь было не так опасно, как внизу. Извивающаяся лестница представляла собой неплохую преграду для шустрого противника с передвижными пушками, а железо давало возможность перегруппироваться в случае необходимости.
— Грёбаные экспериментаторы! — вызверился Невада, падая на ближайший диван. Он с грохотом бросил рюкзак на стол перед собой и нервно передёрнул плечами, — Надо добиться приёма у президента и доказать, что секретные лаборатории по изучению неизвестно чего, и есть зло. Если так пойдёт дальше, я уволюсь из NASA ко всем чертям!
— Вернись сначала, — бросил Эон.
— Прости, но я не экстремал, а тихий скромный компьютерный техник. Корабли на орбиту запускаю. А здесь ношусь по периметру с пушкой наперевес, не понимая, где враг.
— Потому что он неживой! Отставить панику!
— Да кто паникует-то! И вообще, мы в лабораторном блоке или в торговом центре? Что-то мрамора многовато!
Невада немного остыл под ледяным взглядом Миналя, но в игру слов вступила Элберт.
— Действительно, не вижу причин для паники, а для истерики оснований предостаточно!
— Вот только ты не начинай! — взвился Миналь, думая чем бы шарахнуть навязанную ему девицу.
— Ты отличный командир, но нас всего трое! У нас автоматы, стрелково-гранатомётный комплекс, Stoner 78! И мы отрезаны от корабля! Даже помощь не можем вызвать с материка, потому что эти твари глушат связь! А ещё мы понятия не имеем как оказались здесь!
— Могу объяснить!
— Ну, попробуй!
— События прошлого изменились! И сейчас мы по ту сторону вымышленной реальности! Там, где ничего нельзя узнать!
— О, Боже ж ты мой! — застонала Элберт.
Пришлось заорать, чтобы хоть как-то отрезвить обезумевших бойцов.
— Молчать! Кто пикнет, пристрелю, — подействовало. Воцарилась тяжёлая тишина. И Миналь продолжил. — Из наших скудных знаний о происшествии следует, что здесь был взрыв. Не с помощью взрывчатых веществ, а именно столкнулись материя и антиматерия. Предположительно… Образовалась «кротовая нора» и изменила ход событий.
— Что нам это даёт? — гораздо спокойней осведомился Невада.
Ответ пришёл от прозревшей Элберт.
— События будут меняться.
— Или не будут, — заключил Эон. — Зависит от того, по какую сторону норы мы находимся.
— Так нам ещё и это неизвестно?
— Всё! Перерыв десять минут и побежали! — приказал Миналь.
Конечно же, вопрос задала Элберт:
— Есть соображения куда?
— Есть. Надо уходить отсюда. Пока не знаю как. Осмотрим позиции и выберем самые выгодные для нас. Проведём разведку и просчитаем количество противника. Как только у нас будет точное расположение, мы уничтожим их. Следующим шагом будет прорыв в похожую на командно-диспетчерский блок башню по другую сторону периметра. Посмотрим, что там, а после… пойдём с боем на нижние уровни к месту встречи. Довольна?
— Придраться не к чему. Только поправка на Вселенную. Почему в NASA всё так сложно и почему мы не прихватили с собой истребитель?!
Эон хмыкнул, но ничего не ответил. Молча убрался подальше от Элберт, поближе к Неваде, а подумав несколько секунд, устроился на удобном диване в углу. Отсюда было лучше видно, что происходит.
ЧАСТЬ III ТРОПА ВО ТЬМЕ. Глава 21
Сектор Pismis 24, внутри объекта
Время неизвестно
Миналь обожал летние вечера в Хьюстоне. Город приходил в себя, остывая после полуденной жары. Освобождался от привычной суеты. Неторопливо прощался с днём, зажигая неоновые огни. А дома царила долгожданная тишина. Его мирок представлял собой грандиозную концепцию, воплощённую в жизнь. Тридцати футовый двухэтажный вход, плавающая лестница и высоченные потолки всегда напоминали о бескрайнем небе. Естественный свет проникал через панорамные окна, бликуя заходящим солнцем и сохраняя тайну. Крытая терраса выводила к сверкающему бассейну с водопадами. Миналь отключался от рёва двигателей и наслаждался покоем с чашкой ароматного чая в руках. Тающие алые лучи селили странную радость в его сердце. Они отражались в воде, скользя по поверхности в разных направлениях. А в мыслях звучала музыка гавайского прибоя, погружая в спасительную дрёму. Солнце незаметно опускалось за горизонт. И тогда приходила ночь, наполненная звуками.