Кристо опустил на стол тяжёлую коробку и на всякий случай сделал шаг назад, опасаясь получить в лоб содержимым.
— Так, разложим планы, — пробормотал Минджэ, откидывая крышку.
Он засунул голову внутрь и начал ковыряться в бумагах, оптических дисках, флэш-картах, графиках на бумаге-тишью. Спустя несколько минут на столе появился хорошо сохранившийся перерисованный вручную план лабораторных блоков и схематический чертёж неизвестного устройства без подробностей. Эвергрин вскинул правую бровь, поражаясь размаху, а Дойонг довольно ухмыльнулся.
— Впечатляет?
— Ага. Но непонятно, где всё это.
Ответ поразил:
— Свернулось вместе с пространством. В настоящей реальности существуют только два блока. Эти, — он быстро очертил нужные комплексы на чертеже. — Установка… вернее, то что от неё осталось, — инженер на секунду приуныл, но продолжил с неподдельным энтузиазмом. — Находится здесь.
— Как туда попасть?
Вопрос Эвергрина загнал инженера в тупик. Он выразительно посмотрел на него и удручённо качнул головой.
— Там очень опасно.
— Опасность наша стихия.
— Зачем тебе это нужно? Так сильно хочется взглянуть на блок? Пошли туда Долговязого или Головореза. Если не вернутся, будет не слишком жалко.
— Как же ты меня достал! — Кристо молниеносно схватил коробку и шарахнул её Дойонга.
— Я ведущий инженер! — завопил Минджэ отскакивая. — Меня запрещено бить!
— Да пофигу! Имя моё выучи, придурок!
Эвергрин закатил глаза к потолку.
— Скажи ему! Что он надо мной издевается?
— А Головорез надо думать я, — заключил Вайпер, до этого бездействующий.
— Ты! — рявкнул Кристо, резко поворачиваясь. — Эта тварь-недоросток боготворит только Эвергрина. Мы для него куски мяса.
— Мясо молчит и не пакостничает! — вставил Дойонг.
— Я сейчас совершу убийство с отягчающими последствиями, — пригрозил техник. — И мне ничего за это не будет. Потому что через минуту я войду в состояние аффекта!
— Хватит! — Джейми шарахнул кулаком по столу, мгновенно отрезвив шумную компанию. — Не лезь к нему, — взгляд скользнул по лейтенанту. — У меня уже голова раскалывается от воплей. Минджэ, на планах я вижу, что лаборатория занимала несколько уровней. Нам надо на самый верхний. Быстро вспоминай, как отсюда выйти?
— Никак, — буркнул неугомонный Дойонг.
— Но мы как-то вошли.
— Через дверь. Она открывается в определённое время, — поймав требовательный взгляд, он предпочёл разъяснить, пока его снова не побили. — За время существования здесь я заметил цикличность. Место, выбранное для постройки лаборатории, само по себе неустойчиво. Не представляю, почему NASA остановились именно на этом клочке суши. Здесь сталкиваются ветры. Постоянная облачность. Часто штормит. Каждый эксперимент был опасен невозможностью просчитать все ожидаемые и неожидаемые последствия. На случай взрыва у нас имелась система аварийных клапанов. Если бы перед испытанием их отрегулировали как полагается, ничего бы не случилось. Но этого не сделали, поэтому защита не сработала. Цикличность заключается в том, что я постоянно переживаю момент взрыва в одно и то же время.
— Ты сказал, здесь работали над двигателем для межзвёздных полётов, а что тогда вызвало аннигиляцию?
— Квантовая сингулярность.
Джейми не сразу сформулировал посетившую его мысль, на секунду подумав, что перестал понимать по-английски.
— Объясни.
— Ну, как же! — изумился инженер. — Плотная область пространственно-временного континуума, излучающая мощные гравитационный поля. Только созданная искусственно. Дальше проще, любое тело, имеющее массу, оказывает гравитационное притяжение на всё остальное. Масса деформирует пространство-время. Например… — он бегло огляделся и схватил со стола крышку от коробки. — Крышка деформирует пространство-время, но несильно. А более крупные объекты, планеты или звёзды, существенно влияют на деформацию, поскольку они гораздо массивней этой крышки. Ограничение заключается в их локальности, но создаваемое ими искажение влияет на находящиеся рядом объекты. И возникает линзирующий эффект…
— Так, стоп! — перебил Эвергрин, так и не вникнув в теорию. — Что случилось после аварии?
— Мы открыли проход в пространство-времени, если можно так сказать. Мост Морриса-Торна. Проходимая «кротовая нора», — Дойонг вздрогнул, но продолжил делиться имеющейся информацией. — Когда я вернулся, то оказался в этом месте. Я понятия не имеют откуда взялись дом и деревья. Раньше здесь был малый конференц-зал. Мы дискутировали и планировали, стараясь предусмотреть каждую мелочь. Возможно, я уже на другой стороне тоннеля… Отвлёкся, прости… После взрыва реальность изменится. И я не могу предсказать, какой она будет. Иногда оттуда возвращаются монстры. Они разгуливают по лаборатории и исчезают в неизвестном направлении.