— А ролевые игры? — вскинула бровь вверх.
— Дочки — матери, разумеется. Она часами может наряжать меня в розовый ужас с рюшами и разукрашивать как транса. Кстати, у меня есть фотки в телефоне. Хочешь покажу?
— Конечно! Еще спрашиваешь! — с готовностью подтвердила я.
Лёха, как был в боксерах, сходил в соседнюю комнату за телефоном и, вернувшись, сел ко мне поближе. Когда он разблокировал мобильник, я увидела на заставке наше с ним фото.
— Ой, а у меня такого нету. А кто и когда нас сфоткал? — спросила, не зная, куда девать свои пунцовые от смущения щеки. На фотографии мы стояли тесно прижавшись друг к другу, держались за плечи и со смешными рожицами кусали огромное яблоко с двух сторон.
— Это мы в фанты играли у Макса на дне рождении. Помнишь? Я тогда Катюшку минут пять слезно умолял сделать забавные фотографии, а не как обычно, улыбаясь на камеру, — признался этот конспиратор.
— А мне почему не сказал? — удивилась его скрытности.
— Да потому, что ты первая бы поудаляла свои «якобы неудачные фото»! — поразмыслив, я поняла, что он прав.
Частенько попадая в нелепые ситуации, мне хотелось хотя бы на фотографиях выглядеть красиво не столько для него, сколько для себя. Поэтому будучи очень неуверенной в себе девушкой, я удаляла абсолютно всё, что вызывает у других смех.
— Логично! Так ты эту фотку поставил на заставку, чтобы ржать почаще?
— А вот и нет! Опять мимо! — вздохнул Лёха и посмотрел мне в глаза. — Ты здесь живая! Такая забавная и милая как никто другой. Каждый раз перед сном, рассматривая твоё фото, скучал еще больше. Только во всяких играх и конкурсах я мог по — настоящему тебя обнять, делая вид, что это по-дружески, что это меня абсолютно не заботит как парня. Но ты даже не представляешь, сколько раз в своих мечтах я выкидывал это яблоко и целовал тебя, наплевав на окружающих, — внутри меня поднялась теплая волна.
— Тогда почему мне не сказал?
— По той же причине, что и ты — боялся быть отвергнутым. Так и не получив любовь, потерял бы еще и дружбу. Я не был готов к таким последствиям. Так что спасибо твоей подружке, она внесла ясность в наши отношения. Передай ей, что с меня магарыч, — подмигнул этот плут.
— А как давно… — начала в нерешительности.
— Как давно…что? — спросил Леха, явно понимая о чем вопрос. — Люблю тебя? — вгоняя меня в краску, спросил Богатырев.
— Да, — тихо ответила, чувствуя выпрыгивающее от волнения сердце в груди.
— Всегда, — последовал от Лёхи уверенный ответ, после чего меня рывком усадил к себе на колени и страстно впился поцелуем в губы.
Я поначалу неумело отвечала на его ласку, но уже через пару минут ушла вся робость. Я немного прикусила его губу, провела по ней языком, а потом запустила руку в его волосы, немного сжав.
Богатырев довольно рыкнул и углубил поцелуй. Его руки нежно блуждали по моей спине. Я плавилась от удовольствия и только что не мурлыкала. Леха оторвался от моих губ и начал покрывать поцелуями шею, медленно спускаясь к груди. Когда его руки проникли под майку, с моих губ сорвался протяжный стон. Он посмотрел на меня затуманенным от страсти взглядом, с сожалением вытащил руки из — под майки и уткнулся в мое плечо, тяжело дыша.
— Лер, солнце, я же просил! Не издавай такие звуки! Не сейчас. Когда ты молчишь, я еще могу сдерживаться, — глубоким голосом прошептал мне на ушко Леха, пытаясь успокоиться.
— Я не виновата, что ты на меня так действуешь, — сказала с милой улыбочкой, внутри танцуя от того, что он тоже сходит по мне с ума.
— Боже, это чудовище чуть не лишило меня девственности! — снова начал ломать комедию Богатырев, то хватаясь за сердце, то пытаясь руками прикрыть обнаженный торс. — Слезь с меня, извращенка! До свадьбы я останусь невинный аки агнец! — делал смешной голос Леха, осторожно сбрасывая меня на кровать.
— Прям — таки невинный! — фыркнула я, отсмеявшись.
— Ну вообще — то да, — на полном серьезе подтвердил этот «монах».
— Вот не надо заливать! Небось девушек каждый день к себе новых приводил, — таки кольнула меня ревность.
— Не смог. Была одна девушка, немного тебя напоминающая, но когда я решился поцеловать ее — сразу понял, что она и близко не ты, а другую я не хочу.
— И у вас ничего не было? — с подозрением прищурилась я.
— Абсолютно ничего. Я сразу же извинился и ушел.
— Но тебе же двадцать три года! Правда ни разу ни скем не переспал? — моя безразмерная радость все еще граничила с недоверием.