— Ну, теперь можно и ложиться. И так уже скоро вставать придется, — отставила тарелку.
— Лер, подожди, — одернули меня. — Ты кремом испачкалась!
— Тут? — наугад попыталась стереть следы торта.
— Почти, — схватил меня Леха и прижался к губам.
Я оценила его подкат и с готовностью приоткрыла губы. Он не заставил себя ждать, и его язык начал нежно переплетаться с моим. Мы целовались на ходу, приближаясь к кровати. Я запустила руку ему в волосы, слегка сжимая, и мазнула язычком по верхней губе.
Он опустил меня на кровать и рывком сдернул с себя футболку. Я облизнулась на увиденное, но, тем не менее, решила слегка притормозить наше сближение.
Все до банальности просто! Я стеснялась своей небольшой груди скромного почти второго размера и не хотела увидеть Лехино разочарование.
— Вот только не говори, что мне нужно сделать также! — он недоуменно вскинул брови, и я пояснила: — У меня под майкой ничего нет!
Несмотря на то, что в комнате мы не включали свет — все прекрасно освещала луна за окном. Леха улыбнулся как змей — искуситель и, расстегнув ремень, сбросил с себя еще и джинсы. И все это он проделывал, глядя мне в глаза, изучая мою реакцию на него.
Я не позволяла себе даже вздохнуть или задышать глубже — чтобы не спровоцировать его на близость.
— Моя маленькая девочка боится быть обнаженной? Или она еще что — то скрывает? — спросил догадливый парень и опустился у кровати на колени, заключая меня в ловушку своих рук.
— Да! — выпалила сразу. — Нет, — засомневалась через секунду. — Не то, чтобы… — но решила быть честной с ним, он мне никогда не врал. — Леш, просто не хочу тебя разочаровать, — опустила глаза в пол.
— Это чем же? — улыбнулся Богатырев и положил руки на мою талию, явно догадываясь о чем я, но желая услышать из моих уст.
— Ну…там… — мялась я.
— Что? — подначивал парень.
— Маленькая, — пробормотала тихо.
— Кто? — явно издевался этот олух.
Не выдержав его издевок, вспылила:
— Грудь у меня маленькая, дурак непонятливый! Вот надо тебе было в краску меня вогнать и довести до белого каления! — думала, что он засмеется, но его реакция была совсем другой.
Его руки проникли под майку и двинулись вверх. Я задохнулась от целой гаммы ощущений: сначала стыд, потом жар, разливающийся по телу, и, как следствие, желание чего — то большего.
Я даже не собиралась хватать его за руку и останавливать. Лучше пусть все скажет сейчас — чтобы не было недоразумений, чем будет потом таращиться на более выпуклых в нужных местах девушек!
Его руки осторожно накрыли грудь и начали медленно ласкать, все также не поднимая майки. Я выгнулась в его руках, закусывая губу и стараясь сдержать стон наслаждения.
Леха выдохнул и медленно вытащил руки из — под моей майки. Нависнув надо мной, посмотрел в глаза и серьезно сказал:
— Лер, ты прекрасна! В моих глазах — ты просто совершенство. Даже представить себе не можешь, как я о тебе мечтал все это время! — я смущенно улыбнулась. — Я не знаю, почему ты так комплексуешь, но поверь мне — грудь у тебя очень классная!
— Ты же не видел! — засомневалась я.
— Ну, на самом деле… — протянул парень, явно испытывая неловкость.
— Ах ты, жук! — возмутилась я. — Это когда это ты успел? В бюстгальтере — не считается!
— Кхм, — кашлянул смущенно, — это было прошлым летом и, честное слово, совсем не специально! Мы купались на речке, у тебя еще синий купальник был с регулируемыми чашечками — шторами. С нами зависал соседский двухлетний карапуз — Олежка Попов, помнишь? Мы тогда наплавались и на берегу в карты сели играть. Олежка круги нарезал вокруг нас и, споткнувшись, схватился за тебя. Ты подняла его и он убежал к уходящим домой родителям. А когда я посмотрел на тебя в ожидании следующего хода — то с минуту дышать не мог. Похоже, этот карапуз сдвинул твой купальник, а ты не заметила. Я, как понимаешь, тоже не мог сказать тебе об этом, не только как твой друг, но и из-за здоровой реакции своего организма, — признался Леха.
— Твою ж! И долго ты пялился? — справедливо наехала на парня.
— Понятия не имею! Пару минут? — сглотнул Богатырев. — Я еле успел оторваться от созерцания такой прекрасной картины, как ты опустила взгляд вниз и заметила, что местами обнажена. Ты быстро поправила купальник и во все глаза смотрела на меня! Каких трудов стоило таращиться в карты и сохранить невозмутимое лицо!
— Ах ты, гад! Дуру из меня сделал! А я успокоилась, глядя, как ты спокойно перебираешь карты! Думала, что успела все исправить, — надула губы.