- Зачем ты это сделал? – выпалила она, прежде чем подумала, о чем заводит речь.
Теодор поднял вопросительный взгляд на Гермиону.
- Это книги из семейной библиотеки, я подумал, что тебе будет интересна дополнительная информация, поскольку в школьной библиотеке книг по этой тематике маловато.
Гриффиндорка кивнула головой в утвердительном жесте, но решила идти до конца.
- Я не про книги, - замолчала на несколько секунд, плотно сжав губы и обдумывая правильное построение предложения, - я про дежурство.
Нотт улыбнулся, а его взгляд казался теплым и покровительственным. Похоже, ему нужно будет кое-что объяснить Гермионе, в своей манере, разумеется.
- Только не говори, что снова сделал то, что хотел, - немного понизив голос и осмотревшись, проговорила она.
Многие готовились к отъезду на Рождественские каникулы, поэтому занимающихся студентов было не много, и те сидели далеко от них. И все же гриффиндорке было неловко в голос оговаривать произошедшее.
- Нет, не скажу, - он оторвался от спинки стула, и, положив руки на стол, наклонился ближе к Гермионе. - Но я сделал то, чего хотела ты. – Его пронзительный взгляд пригвоздил Грейнджер к стулу и заставил вспыхнуть.
И тут Гермиона почувствовала, что она в беде. Замолчала, словно немая рыба, прищурив взгляд.
Если он не идеал мужчины, то что тогда происходит с ее организмом и нервной системой?
Кажется, все внутри поет и танцует, а разум трубит в такт ее бешеному сердцебиению, вознося Нотта на пьедестал. Ее будоражила его красота и манеры. Ее трогали его поступки и приводили в восторг, потому что он вел себя так, как бы она этого хотела.
Мерлин всемогущий, она точно в беде.
Гермиона склонила голову, размышляя, стоит ли признавать его правоту или все же промолчать.
- Спаси-бо за книги, - благодарность прозвучала неуверенно, поскольку она хотела бы сказать другое, но стеснительность мешала ей в этом.
- Не за что, - Тео сел ровно и приготовился писать, но бросив взгляд на Гермиону, добавил, – Ты же понимаешь, что я не оставлю тебя?
Она кивнула, стараясь не задумываться над смыслом его вопроса. Хотя мысли понеслись по течению его слов, пытаясь анализировать. Он не оставит ее сейчас или вообще никогда?
«Лучше бы никогда» - добавило подсознание.
Гермиона смотрела на парня в ответ и все, на что была способна – еще один активный кивок головой. У нее в ушах звенело, словно она вознеслась на небеса и тонкий перезвон колокольчиков оповещает о ее прибытии.
Мерлин всемогущий, что вообще происходит?
Тео принялся писать, а Гермиона взяла книги. В какой-то момент у нее появилась осознанная мысль, что она хочет, чтобы Теодор Нотт был рядом не только в этот момент…
Они встретились после Рождественских каникул в Большом зале. Тео подошел к Гермионе после завтрака и предложил выйти с ним по срочному делу для старост. Заинтересованная и обеспокоенная собственной неосведомленностью, Гермиона быстро пошла за парнем. По пути к аудитории по чарам Тео сказал, что к дежурствам будет дано дополнительное задание. У гриффиндорки не возникало вопросов. Раз деканы хотят их видеть, значит нужно идти. Вот только почему в класс… Класс по чарам?
Они зашли в учебное помещение, но оно оказалось пустым. За спиной послышался щелчок замка и Гермиона резко обернулась. Она не успела сказать ни слова, как Тео налетел на нее, фиксируя лицо руками и страстно целуя. Она попыталась отстраниться, но тщетно, он был нерушим. Тео целовал ее нежно и вдоволь, пока не решил, что достаточно насладился, чтобы продолжать существовать в согласии с разумом.
Он отстранился и, заглянув в глаза гриффиндорки, произнес:
- Гермиона, нас видели! – ее глаза расширились, а внутри все остыло.
Почему-то в ее памяти всплыл момент, как Тео ласкал ее рукой, а она получала удовольствие. Разум сразу показал кадр, на котором их деканы разочаровано качают головой. Стыд-то какой!
– И сказали, что теперь мы должны целоваться при каждой встрече, - эта фраза и улыбка Теодора вернули ее в реальность.
Гермиона коснулась лба, словно хотела измерить подпрыгнувшую температуру.
- Дурак! – она толкнула парня кулаком в грудь.
- Я скучал, - Тео поправил волосы рукой, отбросив непослушные пряди назад. - Это тебе, - он достал из кармана небольшую коробочку темно-зеленого цвета и протянул девушке.
Гермиона несмело взяла ту в руки и открыла. Внутри лежала сверкающая теплыми переливами брошь в виде груши. Она улыбнулась, понимая, какой это тонкий намек.