Внезапно раздался стук в дверь и, будучи на взводе, Грейнджер вздрогнула от неожиданности. Шмыгнула носом и нахмурилась, предполагая, кто же это может быть. Раздался еще один стук и она направилась к двери.
- К-кто…Кто там? – она приложила руку к сердцу в попытке успокоить ритм.
- Твой староста, - раздался знакомый голос по ту сторону.
Гермиона свела брови к переносице, но потом резко подняла их вверх, поняв причину такого визита.
Она мигом открыла двери и нервно улыбнулась стоящему перед ней слизеринцу.
- Прости, я совсем забыла про то, что мы поменялись днями дежурства с Малфоем, - на одном выдохе протараторила она.
Теодор слушал ее торопливую речь и внимательно смотрел на гриффиндорку. Что-то было не так.
- Что с тобой? – спросил он, сделав шаг вперед.
- Я…- Гермиона не знала, что ответить, - я просто забыла, вот и все.
Тео склонил голову влево, все еще рассматривая лицо Гермионы. Она казалась возбужденной. Нет, не в сексуальном плане - она была взволнована и напряжена. В ее глазах было столько эмоций, что Теодор не понимал, какую из них назвать причиной ее состояния.
Он посмотрел поверх плеча гриффиндорки и увидел серые клочки бумаги на письменном столе и белый прочитанный лист с письмом. Мунго…
Перевел взгляд на Гермиону и, коснувшись ее плеч, посмотрел в глаза.
- Я сейчас соберусь…
- Нет, - четко отрезал он.
Гермиона смотрела на парня в удивлении.
- Не в моих правилах напрашиваться в гости, но все же… - он облизал губы, а Гермиона смотрела на него словно зачарованная дура, ей-богу. - Разрешишь зайти? – Нотт убрал руки от Гермионы, показывая, что не давит на нее.
Она кивнула головой и отступила на шаг назад, впуская парня.
- Мы можем немного опоздать, - проговорил он, закрывая дверь и поворачиваясь к Гермионе.
Он смотрел на нее серьезно и с толикой волнения. Ее состояние беспокоило его и Гермиона не могла не заметить этого. От осознания этого факта ее сердце снова стало нормальной величины, а тревожность постепенно развеивалась, заменяясь другими чувствами. Какими именно, Гермиона не могла сказать, но ей становилось легче рядом с Теодором. Удивительно было наблюдать и понимать, что она действительно интересна ему. Интересна в любом состоянии духа.
Она предложила Теодору сесть на диван, а сама села на другой его край.
- Значит, это правда? – серьезно спросил Тео и кивнул в сторону стола.
Гермиона опустила взгляд вниз, рассматривая свои руки. По школе ходили разные слухи про нее, но более правдивые из всех оказались те, что касались ее родителей. Одни говорили, что Орден спрятал магглов, другие, что те пропали без вести, а третьи говорили, что магглы подверглись обливэйту. В какой-то степени в каждом из них была доля правды.
Грейнджер кивнула головой, стараясь не заплакать. Она была уверена, что Теодор примет и это ее состояние, но не хотела раскисать при нем.
- Мои родители в Мунго, - она посмотрела на парня.
Его взгляд не выражал жалости, но сочувствие все же присутствовало.
- Черт, - он выдохнул и провел рукой по волосам, - Орден не менее жесток, чем Волдеморт.
Гермиона сглотнула и сцепила пальцы рук, понимая, что Нотт тоже ориентируется на слухи.
- Что ты слышал? – осторожно спросила она.
- Лишь то, что твоим родителям стерли воспоминания о тебе, - Теодор наклонился вперед и уперся локтями на колени. Он смотрел на огонь в камине и думал, что родителей Гермионы постигла ужасная участь – не помнить своего ребенка, что может быть хуже?
- Это сделала я, - тихо проговорила Гермиона.
Брови Нотта поднялись вверх от удивления и он с недоверием посмотрел на Гермиону. В его взгляде читалось удивление и… восхищение?
Насколько же она сильная, хладнокровная, расчетливая, умная и смелая!
Но ей показалось, что взгляд Тео стал диким, вот-вот и подорвется с места, чтобы уйти от нее навсегда.
Но вместо этого Нотт выпрямил спину и повернулся к Гермионе. Она ждала его реакции. С опаской и страхом ждала. А он встал с дивана, подошел к ней, став черной статуей, и, наклонившись, обхватил ее лицо руками. Он посмотрел в карие глаза и снова убедился, что Гермиона Грейнджер его единственно правильное решение, которое точно не разочарует.
- Ты лучшая из девушек, которых мне доводилось знать! – со страстью в голосе произнес парень и нежно поцеловал Гермиону в губы, ощущая, как мокрые дорожки ее слез текут по его пальцам.
Казалось, что Гермиону захлестнули эмоции. Она не сдержала слез, которые выражали ее боль, радость и признательность. Она никогда не думала, что может почувствовать такую поддержку от парня, тем более от слизеринца.