Гермиона ойкнула от неожиданности, уронив палочку. Она схватилась руками за плечи парня, замечая, что свет все еще исходит из-под двери.
Одним быстрым движением слизеринец перекинул кудрявые волосы гриффиндорки за плечо и склонился к оголенному участку шеи.
- М-м-м, - не выдержав нежного прикосновения к шее, она все таки издала звук. Но это было все еще не то. Тео понял, что нужно старатся лучше. Он наклонился ниже к шее Гермионы и, высунув кончик языка, коснулся кожи у плеча.
- Чуть громче, - его приказ был простимулирован прикосновением горячей ладони к ее заднице.
- А-а-а-ф-ф, - услышал поощрение гриффиндорки и проложил влажную дорожку к мочке уха, напоследок увлажнив ту языком и зажав между губами.
Грейнджер сжала его плечи пальчиками и сильнее обхватила Теодора ногами. Что-то неладное творилось с ней, раз она так просто готова была играть по его правилам. Умом Гермиона понимала, что предает прежнюю себя. Но также она осознавала,что человеку свойственны изменения. А ей так приятно было меняться рядом с Теодором.
Вопреки ожидаемому продолжению, она почувствовала, как парень отстраняется.
Вместе с подступившим холодом Гермиона ощутила разочарование и стыд за свое поведение. Она отвела взгляд в сторону и заметила, что свет под дверью исчез.
- Дважды обратить время мы не сможем, хотя я бы с удовольствием продолжил, - Тео поправил свои волосы и это движение показалось Гермионе нервным. Он заглянул в ее глаза и, наклонившись к ее лицу, поцеловал кончик веснушчатого носика.
- Я просто не понимаю, зачем мы… - она махнула рукой в сторону двери.
Тео перевел дыхание. Он все еще старался справиться с возбуждением. Он был чертов мазохист, но только рядом с Гермионой.
- Я шел к тебе этим путем и заметил, как кто-то спрятался в класс, - он знал, что глаза Гермионы расширились от осознания, - я решил предупредить студентов о скором отбое, но, как всегда, услышав стоны, не стал мешать.
Тео стоял напротив и Гермиона восхищалась его выдержкой. Будь она на ногах, рухнула бы на пол от шока и неожиданности произошедшего.
Все, что она смогла – это выдавить нервный смешок, ощущая, как кровь шумит в ушах от осознания, какие невыразимо-потрясающие моменты она переживает с Теодором.
- У меня нет слов, - испытывая восхищение, произнесла Гермиона.
Она подвинулась на край парты, чтобы слезть с нее. Парень помог Гермионе, подав руку. Ловким движением руки призвал палочку Гермионы, что лежала на полу, и внимательно посмотрел на нее.
Странно, но в этот момент Гермиона не чувствовала угрозы из-за того, что ее волшебная палочка оказалась в чужих руках. Она лишь с любопытством наблюдала, как Тео рассматривает предмет, держащий в руках.
Волшебная палочка Гермионы была изящной в своем исполнении, узор виноградной лозы придавал загадочности и намекал на непростой характер владелицы. Тео ощутил, как магия завибрировала на кончиках пальцев.
- Сердцевина из сердечной жилы дракона, - это был не вопрос, а утверждение.
Гермиона кивнула, но, заметив, что Нотт не смотрит на нее, подошла к нему ближе.
- Да, - она протянула руку, чтобы забрать палочку.
Намеревалась спросить, откуда он знает, но в момент передачи древка ощутила вибрацию в месте соприкосновения рук. Это было похоже на обмен магией и указывало на родственность ее истоков.
Гермиона уже знала ответ на свой вопрос.
- У тебя тоже?! – и, как подтверждение, он достал из кармана собственную палочку, что вовсе не была похожа на ее.
Но, когда Тео протянул древко Гермионе и она взяла его, вихрь магии прошелся порывом ветра по классу. Это было потрясающе! В этот момент они оба ощутили прилив энергии, осознавая, что их палочки были столь схожи.
- Потрясающе, - на выдохе произнесла пораженная открытием Гермиона.
Она рассматривала строго ровное древко с изящной ручкой, сплетенной спиралью словно из двух отдельных видов дерева. Идеальная палочка, как и ее владелец.
- Какой процент вероятности таких совпадений? – нахмурив брови отозвался Тео.
Это был риторический вопрос, ведь оба знали, что процентность таких совпадений равна к ноль целых и, дай Мерлин, восьми десятых процента.
Нотт верил в совпадения и знаки. А таковых было много, особенно, когда дело касалось Гермионы Грейнджер. Словно не только его сердце выбрало ее, но и вселенная избрала их друг для друга.
Его отец точно будет плакать. От радости или разочарования, станет ясно позже…
- Я думаю, что это очень редко происходит, - осторожно подтвердила Гермиона, заметив, что эмоции на лице слизеринца сменились.
Он выглядел задумчивым и серьезным, словно его тоже поразило это открытие.