Не знал, но предчувствовал.
Спокойно. Может он вообще забыл, про тот случай в Хогсмиде!
Не забыл. Но и значения не придавал.
Тогда он увидел девушку, которой нужна помощь и поступил так, как считал нужным.
Сейчас Тео наблюдал за ней и считал, что ему повезло. Он знал, что слизерин поставят с гриффиндором, и полагал, что Золотая девочка будет дежурить с Малфоем. Но раз учителя решили отдать ему такое право, то он только рад. Наверное, Грейнджер с Драко поубивали бы друг друга на первом же дежурстве.
Нотт улыбнулся и вернул взгляд своему любимому профессору Нумерологии.
По крайней мере, он сможет нормально проводить время на дежурствах. Грейнджер казалась ему хорошей девушкой. Такие, как она, ему нравились. Умные, степенные, но с характером. И чего греха таить, красивые ведьмы. О, да! Только глупец может говорить, что она не красива.
Тео не был глупцом. Он умел оценивать по достоинству.
Этот год точно не такой как все, раз начинается с её совместного дежурства с Теодором Ноттом!
Гермиона сложила учебники на свою прикроватную тумбу, свернула пергаменты с эссе по чарам и спрятала всё в сумку на завтра, не забыв про перо с чернильницей.
Потёрла ладошками лицо, стараясь прогнать усталость и привести мысли в порядок. Прошлась по комнате, заламывая пальцы. Хорошо, что Парвати в гостиной гриффиндора и не видит, как она нервничает.
Гермиона бросила взгляд на часы: без десяти десять. Пора. Через десять минут начнётся дежурство, что продлится до полуночи. Она не представляла, как продержится эти пару часов, но выбора не было.
Гриффиндорка подошла к шкафу, достала мантию со значком префекта, и, набросив на плечи, застегнулась, чтобы скрыть школьную форму и отгородить себя от холодного воздуха коридоров Хогвартса. Они условились встретиться на третьем этаже у статуи Мерлина, поэтому Гермиона спешила, чтобы прийти вовремя.
Лестница, по которой спускалась Грейнджер, начала перемещаться и вместо южного крыла доставила её в северное. Она топнула ногой от досады и сорвалась на бег. Ей не хотелось опаздывать, но реальность была такова, что сейчас ей придётся оббежать половину Хогвартса, чтобы попасть к месту встречи с Ноттом.
Гриффиндорка почти задыхалась, когда повернула в коридор третьего этажа и увидела впереди Теодора. Он стоял у статуи Мерлина, как они и договаривались. Лунный свет падал из окна, освещая статную фигуру слизеринца.
Гермиона замедлила шаг в надежде выровнять дыхание. На ходу наколдовала часы. Восемь минут одиннадцатого. Отлично. Теперь он будет думать, что гриффиндорцы невоспитанные и непунктуальные люди.
Услышав приближающиеся шаги, слизеринец повернулся к Гермионе и внимательным взглядом встречал её приближение.
- Привет! – выпалила она, глубоко дыша. – Извини, я… лестница повернула и доставила меня в противоположное крыло, - она заправила пряди волос, что мешали обзору, и пальцами пригладила волосы сверху.
Стоило собрать их в пучок. Точно. В следующий раз. Обязательно.
- Привет, - не подав и виду, Теодор вынул руки из карманов мантии, - пойдём?
- Да! – слишком звонко и быстро ответила она. Но Гермиона не могла по-другому, она чувствовала себя неловко в компании слизеринца.
Они молча двинулись по коридору. Спустя несколько поворотов ей удалось восстановить дыхание, и Гермиона поймала себя на том, что снова загибает пальцы рук. Она расцепила их и потрусила в воздухе. Тео заметил её напряжение. Остановился и повернулся к гриффиндорке.
- Ты меня боишься? – спокойный вопрос без подтекста.
Она нервно хихикнула, и, набравшись смелости, посмотрела на слизеринца.
- Нет, - развела руки в стороны, - просто... – не знала, как объяснить собственное состояние.
Смущение? Нет.
Страх? Тоже нет.
Волнение? Возможно.
- Просто будь собой, - ровным голосом проговорил Теодор и снова пошёл по коридору.
Гермиона шла молча. Быть собой наедине со слизеринцем – значило молчать. Она в очередной раз поёжилась от холода, ощутив озноб во всём теле. Кажется, ноги и вовсе замёрзли. Обняла себя руками и почувствовала тепло. Посмотрела на Теодора и румянец скрасил её щёки. Он применил согревающие чары. Мерлин, почему она о них забыла!
«Глупая, глупая я», подумала Гермиона.
Теперь Тео будет думать, что она глупая.
Но Теодор так не считал. Ему нравилась смущённость и неуверенность гриффиндорки, которое вызывало его присутствие. Эти эмоции пробуждали в нём интерес, и Тео решил наблюдать за Грейнджер.