- Десять баллов Гриффиндору, - весело проговорил Тео, - увлечение небесными телами присуще всем Ноттам, поэтому, когда прапрадед заканчивал строительство, он заказал специально заколдованный кров.
- Похожий на потолок в Большом Зале? – предположила Гермиона.
- И да, и нет, - они вошли в сад, но Гермиона проигнорировала это, ожидая ответа и с интересом смотря на Теодора. – Крыша заколдована таким образом, что изнутри ты можешь наблюдать небо в его естественном состоянии, но также по мановению заклинания кров можно развеять, чтобы насладиться природой в ее натуральном проявлении.
Гермиона уставилась на верхушку одной из башни. О таком она точно никогда не читала в книгах! Горящие заинтересованные глаза с благодарностью смотрели на Тео.
- Все же без крова удобнее изучать небесные тела через телескоп, - пожав плечами, добавил он.
Гермиона заставила себя отвести взгляд от парня. Смущенная собственным восхищением и мыслями, которые сейчас посетили ее, она обвинила себя в меркантильности. Ведь именно сейчас ей захотелось обнять Тео и поцеловать его первой, проявив инициативу. А все из-за того, что он показал ей свой дом и рассказывал о различных хитростях, к которым прибегали чистокровные волшебники.
- Здесь очень красиво, - она решила переключится на окружающую их природу.
Гермиона наклонила цветущую ветку магнолии и понюхала цветок. Она бросила взгляд на зеленое покрывало ровно отросшего газона, что простирался между деревьями. Но удивительным было то, что среди множества деревьев магнолии, на зеленом газоне, небольшими группками поодаль друг от друга цвели темно-фиолетовые ирисы.
- Это второй парк, - Тео отвел взгляд в сторону, словно сомневался в чем-то.
И несмотря на силу духа, ему хотелось поделиться столь интимной информацией со своей девушкой. Он остановился позади Гермионы, наклоняя ту же ветку, что несколько секунд назад она держала в руках.
- Магнолии любила моя мама, поэтому для нее отец посадил целый парк, - Гермиона расслабленно прислонилась головой к плечу парня. Она посмотрела на его серьезное лицо.
Наверное, Теодору было нелегко говорить об этом, но и Гермиона не знала, что сказать.
Он продолжил:
- Отец любит ирисы, поэтому мама приказала посадить среди молодых деревьев цветы, - он сжал челюсть и отпустил ветку, что качнулась, осыпая лепестки из отцветших цветков магнолии.
Вот оно, тот момент, когда Теодор Нотт доверился ей, как и она раньше, когда рассказала про своих родителей.
Гермиона по-прежнему не знала, что сказать, поэтому привстала на мыски и нежно поцеловала парня в щеку, заметив, как он прикрыл глаза в умиротворенном жесте.
Они продолжали идти к дому, силуэт которого по мере приближения превращался в величественных размеров замок.
Гермиона ничего не спрашивала у Тео о его родителях. Он сказал то, что пожелал.
Сказал именно ей.
И этого достаточно.
Второй парк был очень красивым, и Гермиона предпочла молча прогуливаться по нему, лишь изредка комментируя свое удивление по поводу увиденного.
А смотреть было на что. После цветущего сада, как его успела назвать Гермиона, они вошли в зону, где были посажены самые разнообразные растения – магические и не только. Каждая дорожка сопровождалась декором в виде кованых скамеек с деревянными сидушками, альтанками и арками, а также на пути им встречалось много причудливых статуй магических существ. Особенно Гермиону привела в восторг статуя «Безымянного эльфа». Она была сделана из мрамора в реальный рост существа и установлена на постамент, что позволял мимо проходящему смотреть на достояние искусства на уровне глаз.
- Ее установил мой предок, - прокомментировал Тео, - в честь погибших эльфов, защищавших Ноттов во время гоблинского восстания в 1752 году.
Гермиона округлила удивленные глаза, и ее радость куда-то исчезла.
- Что тогда случилось?
Тео остановился возле нее и коснулся эльфийского уха, плавно проведя по нему, словно гладил существо.
- Эльфы… , погибли, - он поджал губы, словно сожалел о смерти этих существ.
- Расскажи, - попросила Гермиона, ведь ей никогда не доводилось слышать о таком.
- Когда гоблины восстали, многие семьи волшебников потерпели крах, подавшись в бега или приняв смерть. Эльфы оставались без домов и без хозяев. Мой предок приютил некоторых в нашем особняке, - Тео указал рукой в сторону дома.
Парень горько улыбнулся, явно думая о чем-то, а Гермиона свела брови, стараясь припомнить, читала ли она о том, что эльфы принимали участие в той войне.
- Мы часто недооцениваем их, - он кивнул головой, указывая на статую. – В одну из ночей гоблины напали на дом, пробив защиту искусственной и живой изгороди…