- Ты тоже власть, Маккинзи. Тебе-то какой интерес? Неужели тебе не хочется со всеми нами, наконец, поквитаться?
- Я лучше тебя знаю, что это невозможно. Поэтому прошу сделать, как я говорю. Чтобы пролилось как можно меньше крови. А желательно, чтобы и вообще - те 3 человека, погибшие в Хоксли – стали последними жертвами нашего противостояния.
Повисла недолгая пауза.
- Скажи мне, Гарри... Ты знаешь, ну или хотя бы предполагаешь, кто совершал теракты в Ардейне в эти очень не спокойные 2 недели?
- Точно не знаю... Но полагаю, что либо «Беспризорники», либо «Моралисты».
- Воот... Думаешь ты правильно. А я тебе ещё больше скажу. За последние несколько месяцев «Уличное Братство» не совершило ни одного теракта или нападения. Буквально ни одного. Но, тем не менее, ты звонишь мне...
- Ни «Беспризорники», ни «Моралисты», ни кто-либо другой мне не отвечают... Ты – моя единственная надежда хоть как-то повлиять на ситуацию...
- Боже, до чего же ты отчаялся, Гарри... Пойми, если бы тут всё решал я, то, может, я бы и прислушался к твоей просьбе... Но сейчас уже не сороковые и не пятидесятые, когда у меня был вес во всех мисфитских районах. Сейчас, к сожалению, моя зона влияния весьма ограничена. В Уайтхоуке моё слово может и будет что-то значить, да и то не везде, а вот за остальные районы я и говорить не буду...
- Мне хватит и того, что лично ты не будешь в этом участвовать...
- Э не, я такого не говорил... Хоть у нас с тобой и есть связь и мы можем вот так вот просто посидеть, поговорить по душам, так сказать, пусть это и нечасто случается... Но ты не забывай, что я, прежде всего, мисфит. И претензий к вам у меня ничуть не меньше, чем у остальных моих братьев. Так что, если начнётся шухер и мои, так сказать, коллеги из других банд пойдут в атаку... Я в стороне стоять не буду. Таков уж мой кодекс чести, Гарри... И прошу не обижаться.
- Твою же мать... Видимо, теперь тут каждый сам за себя...
- Повторюсь, Гарри. Я уже ни на что тут не повлияю. Даже если бы я хотел тебе как -то помо...
На этом моменте Гарольд Маккинзи сбросил вызов, нажав на своём голографическом экране Омикрона кнопку «Завершить звонок».
- Куда?.. А, блин... Опять свалил не попрощавшись... Ээх, ну что за человек, а...
Сидя в кресле и качаясь в нём взад-вперёд, Маккинзи нервно и агрессивно вздыхал. Он обеими руками схватился за голову, закрывая ладонями то лицо, то уши. А потом, в порыве злости, что было силы, ударил кулаками по своему письменному столу.
***
Попрощавшись с Крисом и Дэвидом, Оскар Галлахад спешно покинул конференц-зал и устремился по своим делам.
Друзья же, перед своим уходом, решили напоследок подойти к Арно Дюбуа, который всё ещё сидел во главе стола и что-то активно писал у себя в Омикроне.
Как только Арно краем глаза заметил подошедших к нему Дэвида и Криса, он начал разговор первым:
- Ну что же, Кристофер. Попасть в «Андромеду» – это, безусловно, огромная честь, и я нисколько не сомневаюсь, что ты себя там обязательно проявишь. Однако, ты должен понимать, что теперь ты несёшь ответственность не только за себя, но и за всю Перфессию. И раз ты сам сделал этот выбор, то, я надеюсь, ты осознаёшь все последствия своего решения... - ‘размеренно, но в то же время тревожно сказал Арно’
Немного помявшись, Крис ответил:
- Конечно, господин премьер-министр. Я всецело осознаю эту ответственность, просто, возможно, сейчас я ещё не в том состоянии, чтобы адекватно воспринимать всё, что щас происходит в моей жизни... Всё так... Быстро... И... Неожиданно...
- Конечно, Кристофер, я тебя прекрасно понимаю. Я и сам ещё не в полной мере осознал, что сегодня произошло, честно сказать. А ты так вообще... Ты же, наверняка, смертельно устал за этот день. Только что ведь вышел из криосна, а тут на тебя уже столько всего свалилось... Представляю, как это тяжело.
Крис покачал головой в знак согласия, после чего Арно продолжил: