Дрокары спецподразделений обладали большей скоростью и маневренностью. В отличии от других машин подобного типа это были скорее самолеты, чем автомобили. В полёте они достигали скорости 500 км/ч и имели дальность полёта до 7 000 км. Они полностью управлялись компьютером, человеку нужно было только задать координаты. Имели электротонировку стёкол. Внутри автоматически трансформировались из грузовых в пассажирские или в машины для перевозки преступников.
Таковым Хораса пока не считали, это он осознал садясь в салон. Дрокар был сейчас пассажирским и места располагались вдоль стен двумя рядами, оставляя проход в середине свободным. К тому же не было затемнения на лобовом стекле, значит он может видеть дорогу и знать, куда его везут.
– Дай руку! – приказал один из охранников.
Задрав рукав рубашки, он приставил к предплечью медицинский пистолет.
– Что это? – только и успел спросить Хорас, почувствовав мимолётную боль.
– Так надо! – отрезал мужчина, давая понять, что ждать разъяснений не стоит.
Ехали молча, парень уже уяснил, что у задержавших его что-либо спрашивать бесполезно, поэтому просто смотрел в окно. Выехав за пределы посёлка, дрокар взмыл в воздух. Внизу замелькали деревья. Вдруг справа деревья и горы словно расступились, открывая взору стремительную и могучую горную реку, которая снова была свободна от перегораживавших её в прошлом плотин. Ангара величаво несла свои воды по сибирской долине.
У Хораса захватило дух, видеть великую реку с берега совсем не то, что с высоты птичьего полёта. Всю жизнь прожив в Снежном, их семья не имела возможности купить даже флайкар. Рядовым жителям посёлка они были не положены. Но у них появилась надежда, когда Оли, отец Хораса, работавший до этого на базальтовых месторождениях рядовым сотрудником, резко пошёл вверх по служебной лестнице, предложив более простой и дешёвый метод добычи и переработки породы. Метод был настолько хорош, что вести о нём быстро разлетелись по миру и им до сих пользовались.
А у Хораса появились сестрёнки. Покупку флайкара снова отложили, отец пообещал его сыну в подарок на восемнадцатилетие, но за полгода до этого уехал в Севино, город на Апеннинских горах, куда получил приглашение на работу и проживание. За семьёй он должен был вернуться позже, но... исчез. Семья получила лишь пару официальных писем, в которых сообщалось, что Оли так и не добрался до места назначения, пропав по дороге и что расследование по делу прекращено, а отец, которому могло бы быть сейчас сорок три года, числится без вести пропавшим. На основании этого семье было отказано в переезде в город.
– Можно? – Хорас показал на пустующее кресло у лобового стекла.
– Сидеть! – грозно окрикнул один из охранников.
– Да пусть парень посмотрит, жалко тебе что ли? Ты разве не видишь, как у него глаза горят? Наверное впервые выбрался за пределы посёлка.
– Обойдётся, нечего было нас сволочами называть. – Мужчина был явно зол.
– А как бы ты отреагировал на его месте, если бы дело касалось твоей семьи? – не сдавался второй. – Да и особых распоряжений у нас насчёт него не было.
– Ладно, – сплюнув, сквозь зубы процедил первый. – Иди уже! Сегодня я добрый!
Леса простирались на многие километры и только река разделяла их. Примерно через час полёта, дрокар начал замедляться, и Хорас впервые увидел столицу. Сомнений не было, он знал о ней из рассказов отца, который однажды побывал здесь, после того, как стал знаменитым.
Арана издалека ещё больше была похожа на сеть паутин, на которых сверкали капли. Пытаясь разглядеть мельчайшие детали, Хорас напрочь забыл о своём аресте, то и дело высказывая вслух свои впечатления, чем смягчил сердце и первого охранника, который больше не казался грозной скалой, всё ярче обретая человеческие черты. Он вспомнил вдруг, как сам будучи ребёнком был поражён бескрайностью лесов Сибири и мощью её рек, когда отец взял его в небольшое путешествие на дрокаре. Особенно сильно это впечатляло после фотографий в книгах, рассказывавших историю прошлых событий. Затопленные города Европы, руины Азии, – не лучше дело обстояло и в других населённых ранее местах, на других континентах. Конечно в послевоенное время построили новые города, одна столица чего стоила, но сил на всё не хватало. Особенно теперь, когда политика правительства довела людей до очередного противостояния. Демирес не был дураком, он принимал участие в разных операциях, в том числе и за пределами столицы, вот как сейчас. Он прекрасно видел, как живут люди в разных местах и сомнения в правильности своих поступков часто одолевали мужчину. Именно поэтому слова Хораса задели его за живое.