Ремо улыбнулся:
- Знаешь, а ты мне нравишься, хотя, допускаю, что в другой реальности я тебя уже пристрелил.
- Или я тебя, - мгновенно парировал Виам.
- Ах-хах, это тоже вариант. И, пожалуй, он неминуем внутри этой концепции, вернее, - неизбежен, ввиду такого множества переменных. Каждая версия мультивидуума воспринимает жизнь, как единое и непрерывное движение своей личности во времени и пространстве. Однако в действительности, жизнь - это последовательность событий, каждое мгновение создающая разные вероятности своего развития. Другими словами, каждая версия ощущает свою реальность, как одну единственную, в которой произошел альтернативный исход каждого события.
- Подожди, то есть, теоретически, человек, как цельный индивидуум, - это сумма всех, без исключения...
- ...версий. Да. Всех. Без исключений, - закончил мысль Дежим. - Только представь, что существует реальность, где точно такой же ты, всё ещё девственник или уже женат и воспитываешь тройню, а, может, отбывает пожизненное заключение или умер ещё пару лет назад - вероятности, фактически, безграничны. Круто, да?
- Да, круто, но, с моей точки зрения, в этой концепции кое-что не сходится, - подумав, сказал Виам. - Если, к примеру, мои, все мои воплощения в разной реальности сохраняют общее самосознание, почему я этого не чувствую? - неуверенно спросил парень с каким-то волнением в голосе, будто чувствуя, что уже знает ответ.
- Это хороший вопрос. Ведь, исходя из этой теории, ты, по сути, должен думать о себе не как о личности, а как о дробной её части, однако, ты осознаёшь себя цельным индивидуумом. Причина кроется в том, что нельзя сделать повторный выбор и пережить повторный опыт. Тем не менее, эхо другой реальности есть и ты воспринимаешь его - именно им объясняются твои дежа вю. Хотя...
- Значит, получается, что всё это не было моей реальностью, а было эхом иной моей версии... - заключил Виам. - Но, как это возможно?
- Тиражирование индивидуума в мультивидуум, - пояснял Ремо, видя недоумение на лице парня, - это механизм дублирования, гарантирующий выживаемость копии гена, с учетом смертности или брака отдельных его носителей. Именно поэтому в Действительности и существуют близнецы и двойники - люди, очень похожие друг на друга. Некоторые утверждают, что у каждого есть 1 двойник, другие, что их 6 или даже 7, но, на самом деле, их больше. Смотри, я покажу, - с этими словами, в его руках появились игральные карты.
- Французская колода, - резво тасуя её, как профессиональный игрок, комментировал пассажир. - На первый взгляд, артефакт, который невозможно использовать ни в каких других целях, кроме праздного времяпрепровождения и азартных игр. Ничего необычного, пока не задумываешься о его смысле. Тебе известно, что они значат?
- Ну, в общем, я где-то читал о символах мастей: Трефа - это крест, на котором распяли...
- А-а, копья, гвозди и губка? Ясно. Так я и думал, - не стал дослушивать Ремо. - Впрочем, ты волен верить во что угодно - правда от этого не изменится. А правда заключается в том, что вся наша жизнь - игра, и в этом основной символизм артефакта. Ты играешь, побеждаешь или терпишь поражения, размениваешь или тебя разменивают, собираешь вокруг себя комбинации мастей и их значений или становишься частью чьей-то комбинации.
В окружающем нас Мире, - спокойно объяснял Дежим, как фокусник, не глядя, выхватывая и бросая карты прямо из колоды, словно кадры из видео, в котором отображалось всё, о чем он говорил, - существуют два начала: женское Инь, и мужское Ян. Именно им в колоде соответствуют 2 цвета, 2 джокера, 2 вида чисел: четные для Инь и нечетные для Ян.
Взаимодействуя, эти энергии порождают четыре исходных стихии: огонь, воздух, землю и воду, которые соответствуют четырем темпераментам человека и являются 4-мя мастями карт. - На стол, один за другим, полетели тузы. Упав, Бубны заискрились и вспыхнули огнем, Червы, не долетая, завертелись вихрем, через Трефы пророс трехлистный клевер, а Пики расплескались фигурными каплями.
- Наконец, 13 карт каждой из мастей, соответствуют 13-ти Лунным месяцам и 13-ти знакам Зодиака, под любым из которых мог родиться человек. Именно поэтому, при рождении у каждого оригинала существует 12 Дубликатов...
- Слушай, - притормозил рассказ Виам. - Всё это, конечно, супер, и звучит очень складно, но... ты же не серьезно, да? Про эти теории, версии, карты... просто, по-моему, это какой-то бред.
- Ну, так посмотри на КвадраТату. На ней указана твоя масть, - предложил пассажир.
- Так вот он откуда... - вспомнил Виам про ромб, поднимая рукав. Но, взглянув на татуировку, сильно удивился - сейчас она выглядела по-другому. Во-первых, это был черный квадрат, с ярко желтыми левой верхней и правой нижней четвертями, будто наложенный поверх выцветшей КвадраТату. Во-вторых, в ромбе появилась цифра 8, а в красном треугольнике - число «11».
- Лима!? - испуганно выкрикнул Ремо, увидев её. - Это же Лима! Да кто ты такой, парень?
- Что? - от неожиданности, вырвалось у Виама, но вместо логичного ответа, он услышал:
- Это хороший вопрос. Ведь, исходя из этой теории, ты, по сути, должен думать о себе не как о личности, а как о дробной её части, однако, ты осознаёшь себя цельным индивидуумом. Причина кроется в том, что нельзя сделать повторный выбор и пережить повторный опыт. Тем не менее, эхо другой реальности есть и ты воспринимаешь его - именно им объясняются твои дежа вю. Хотя... в Реальности они невозможны, они просто исключены, так как иных версий не существует. Есть только один уникальный Квирит.
Виам растерянно смотрел на собеседника, понимая, что видел очередное дежа вю.
- Это тоже уже было... - произнес он.
- Что? Что ты видел? - взволнованно спросил Ремо.
- Это... - ответил парень и показал КвадраТату, тут же поймав на себе ошеломленный взгляд собеседника.
- Лима... Это же Лима! - сдавленным голосом сказал пассажир. - Да кто ты такой, парень? - тон Ремо звучал так, словно, он разговаривал сам с собой, а вопросы были риторическими. - Как ты сюда попал?
- Я не... Что? Как... как и все остальные, - Виам не знал, что ещё сказать.
- Это же всё объясняет, - озадаченно рассуждал Ремо. - И Фискала, и Дубликата, и дежа вю и... «мои» слова про Элиминацию. Ты... ты не завершил Перплексус. Чёрт! Лима... если ты - ошибка, то, получается, - пассажир в спешке поднял свой рукав, под которым была та же татуировка, что и у Виама, и обреченно выдохнул, - ...я тоже. Ты даже не представляешь, что это значит, - обречённо сказал он, будто вытекшие из ручки чернила, оставили жирную кляксу на чистовике жизни Виама, сделав его бессмысленным.
Ремо замолчал и уставился на свою руку.
«Пер-плек-сус», - повторил про себя по слогам парень услышанный термин. Он прозвучал, как пароль, открывающий доступ к скрытым файлам, и что-то тут же защелкало где-то внутри, словно звук верно подобранной комбинации к замку давно запылившегося сейфа. Тело начало наполняться какой-то неведомой энергией, а разум осознавал приобретение навыков, которыми молодой человек, оказывается, уже обладал. Это было похоже на отстоявшуюся в банке краску, с опавшими на дно пигментами, которую снова взбалтывали, превращая в однородную, тягучую, обволакивающую стенки субстанцию.
В голове шумно, словно барабан однорукого бандита, вращались мысли со словами «Перплексус», «Элиминация» и «Квирит», выдавая разные сочетания. Эти слова были, определенно, хорошо ему знакомы и, вероятно, значили что-то важное, но, в то же время, казались какими-то пустыми, будто вырванными из контекста воспоминаний - тех самых, которые прямо сейчас безуспешно пытались к нему вернуться.
- Слушай внимательно, - резко сказал Ремо. Поза его приобрела выразительную строгость. Голос стал звучать решительно и увесисто. Было понятно, что говорящий собран и уже не ведет обывательской беседы. - Этот разговор в наших с тобой интересах.
Важен ли он? Ровно настолько, насколько ты придашь ему значение.
Зачем это тебе? Затем, что иначе в ближайший час ты будешь мертв.