Держа руку на рычаге экранной панели, он ждал Крэста и Тору, которые до последнего момента следили за переброской экипажа.
У Крэста было неописуемое выражение лица. Он был похож на человека, неожиданно попавшего в сказочную страну.
Тора, пришедшая сразу после него, напротив, слегка насмешливо улыбалась, как и ожидал от нее Родан. Она сказала:
— Рада видеть, что Вам в очередной раз удалось невозможное!
Почти в ту же минуту Мартен доложил:
— Локация! Самолеты с градуса ноль-восемнадцать!
Родан вздрогнул.
— Выключить трансмиттер!
Кто-то ответил:
— Трансмиттер выключен!
Рычаг экранной панели, щелкнув, опустился вниз. По телеэкрану на долю секунды промелькнула бледная тень, потом все стало по-прежнему.
— Приготовить корабль к старту! — жестко сказал Родан. — Старт через двадцать секунд!
— Какой курс? — спросила Тора, когда колосс оторвался от земли и взмыл в синее небо.
— Рофус, — ответил Родан. — А Вы как думали?
Тора сделала большие глаза.
— Вы в своем уме?
Родан остался серьезным.
— Вы представляете себе, что сделают топсидиане дальше? Мы минуем на какой-нибудь внешней орбите несколько охранных эскадрилий, и если нам это удастся, то даже самый бестолковый офицер топсидиан поймет, что теперь он немедленно должен что-то предпринять, если еще хочет выиграть эту войну.
— Ну и что? — непонимающе спросила Тора. — Может быть, они ради окончания войны нападут на Рофус раньше, чем мы успеем пустить в ход линкор. И Вы хотите лететь именно на Рофус?
Родан посмотрел на нее.
— Я не знаю, — ответил он тихо, но резко, — насколько просто было бы для Вас позволить всему миру погибнуть. Мне, во всяком случае, достаточно того, что я пытаюсь сделать все от меня зависящее, чтобы помочь ферронцам.
Тора собралась сделать язвительное замечание, но увидев жесткое лицо Родана, промолчала. Крэст стоял поблизости с озабоченным лицом.
— Локация! — снова закричал мартен. — Пятнадцать объектов средней величины!
Загорелись контрольные лампочки. Корабль был готов к транзиции.
— Внимание! — закричал Мартен. — В нас стреляют!
— Бросок! — крикнул Родан.
В тот же момент экраны погасли, стало бледно-серыми, а потом снова стали чистыми. Изображение изменилось. Серо-голубая, покрытая облаками планета, движущаяся под кораблем, была Рофусом. Феррол сиял на экране правого борта, словно яркая точка света.
У Крэста выступил на лбу пот.
— Ни один арконид никогда не решался совершать такой рискованный маневр на таком ограниченном пространстве.
— Он удался, правда? Кроме того, я хотел бы, чтобы Вы поняли, что у нас не было другого выхода. С одним единственным дезинтегратором нельзя обороняться против целого флота.
Он повернулся к остальным и приказал:
— Садимся! Снижайтесь над фортом!
В оставшееся у него время он переговорил с Тортом. Он описал положение дел и посоветовал ему как можно быстрее прибыть в форт.
Он боялся, что локаторам топсидиан удалось снова обнаружить след его корабля по окончании гиперброска.
Но это было столь же вероятно, что они не знали, куда полетел захваченный колосс. Это будет небольшим сюрпризом в той суматохе, которую Родан ожидал на следующий день.
Тркер-Хон принял удар, не подавая вида. За это время он собрал около себя весь штаб столичного гарнизона, и ему показалось необходимым до тех пор разыгрывать из себя оптимиста, пока было хоть малейшее основание для надежды.
— Наш следующий шаг ясен, — сурово сказал он. — Враг ушел с нашим бесценным кораблем. Мы не знаем, куда он направился. Предположительно он постарался как можно быстрее покинуть эту Систему. Если даже это и так, считаю целесообразным сразу же ударить по Рофусу. Мы должны как можно быстрее окончить эту войну. Это тем более неотложно, если линкор не улетел из Системы. С помощью этого корабля противник может нанести нам огромный ущерб. Мы должны разрушить его базы и укрытия, прежде чем у него будет достаточно времени ознакомиться с управлением кораблем.
Он встал.
— Передайте Вашим подразделениям, — сказал он, — что они должны быть готовы к старту через три часа.
30
Даже огромная приемная шахта форта оказалась слишком маленькой, чтобы вместить в себя гигантское тело линкора арконидов. Родан велел опустить его в горную котловину над приемным ущельем и так настроил трансмиттер, чтобы Торт мог им пользоваться. Пришедший был совсем другим человеком, не таким, каким помнил его Родан. Гордая уверенность в себе, которая отличала его даже в тот день, когда он сломя голову вынужден был бежать от ферронцев, исчезла. Даже вид захваченного суперкорабля вызвал у него не более, чем слабую улыбку. Он пришел без большой свиты, как и полагалось покоренному Торту.