Катер ещё раз затянулся, дым обжег мои ноздри. — Но я уверен, ты будешь знать своё место — Я не собака, Картер и никакого места у меня нет!то — то мощное подтолкнуло меня. Плевать! Терять то уже нечего. — Если вы считаете, что я как крыса пролезла в вашу семью ради какой — то выгоды, то глубоко ошибаетесь! Конечно, мне понятны ваши подозрения, но в моём случае вы допускаете ошибку, думая про меня плохо.
Замолчала, глянула в окно, а потом снова на Картера. Он по — настоящему пугал меня. Мне нужна передышка. Каждый мой ответ ему — непосильная эмоциональная нагрузка.
В глазах мужчины мелькнул интерес. Он перегнулся через стол, пристально вглядываясь в моё лицо, но я не опустила глаза. Только не сейчас иначе проиграю. Чувствовала, как щеки пылают, а сердце колотится. Но показать свой страх не имею права.
— Ты не похожа на других и почему — то можешь влиять на Хантера. Спрошу только один раз и не пытайся как — то нагло выкрутиться или соврать. Что ты делаешь здесь? И помни, я жду только правду. Не нужно пытаться запудрить мне мозги или попытаться очаровать. Только правду.
— Хотите правду? Ну что ж она, наверное, слишком проста для вас…
Я рассказала события последних дней, опустив детали с Бьёрном. Сказала, что это был просто конфликт. Ни намека на сексуальные домогательства. Но то, как блеснули глаза Хелста, было ужасно. Я поняла, что он догадывается, что я пытаюсь обелить его младшего сына. Картер слушал и не перебивал, пристально вглядываясь в глубину моих глаз. Лицо было мрачнее тучи. Кажется, не такого ответа он ждал от меня. Раскаяния, слез, может быть истерику, но скрывать мне было нечего.
— Значит всё это стечение обстоятельств, которые сыграли не в твою пользу? Это ты хочешь мне сказать? — он с нажимом потушил сигару в пепельнице. — Да — уверенный ответ
Снова молчание. Почувствовав, что мне хватает воздуха, встала и подошла к приоткрытому окну. На дом уже спустились сумерки, на небе одна за другой появлялись звезды.
— Не думайте, что я пытаюсь что — то выиграть, находясь здесь. События смешались кучу, и они были самыми отстойными в моей жизни за последнее время. Хантер — мой голос дрогнул — Он был так добр ко мне. Он защитил меня и спас. Привёз сюда и я не хочу показаться неблагодарной тварью. Ваш сын замечательный человек. Ни один мужчина не заботился обо мне, как он. И да, мне хватило такого небольшого промежутка времени, чтобы это понять. Но вы можете не волноваться насчёт моих чувств к нему, ничего не будет. Всё, что я люблю превращается в пепел….
Глубокий тяжелый вздох донесся до моих ушей. Я обернулась. Картер так и сидел, застыв в кресле. Теперь, когда его лицо было расслабленно, я смогла разглядеть в нём черты двух его старших сыновей. Они были похожи на него. Ортон и Хантер.
— Что сказать, Эмили? Теперь я понимаю своих мальчиков. В тебе есть природный магнетизм. И я верю тебе.
В эту минуту он больше не был похож на того деспота, которого я видела пару дней назад. Наверное, таким его видела только жена. Подойдя ближе, опустилась на пол у его ног и подняла голову. На подсознании я понимала, что без его решения я долго здесь не задержусь. Этот человек внушал страх и трепет. Но сейчас, в эту минуту, я видела в нём отца, который беспокоится за своего сына. Его маска спала.
— Я не хочу ничего дурного для вашей семьи. Пройдёт месяц, и я уеду. Хантер забудет обо мне.
Кого я сейчас больше убеждала в этом себя или его?
— Не уверен, девочка. Ты первая за столько лет заставляешь его что — то чувствовать. Отпустит ли он тебя? Думаю, ответ ты и сама знаешь. Хантер никогда не отпустит то, что, хотя бы мысленно принадлежит ему, как бы грубо это сейчас для тебя не звучало.
— Просто… — я запнулась.
Мысль о том, что я принадлежу ему не была циничной. Мне хотелось принадлежать ему.
— Просто ты влюбилась в Хантера? — голос твёрдый, но нотки беспокойства выдают его
Прикусила до боли щеку изнутри, лишь бы не дать слезам брызнуть из глаз. Нужно держаться до конца, но было чувство, что я уже исчерпала весь свой запас смелости и сдержанности на сегодня. Я держала себя в руках до последнего, но в эту минуту горячие руки погладили меня по голове. От этого покровительственного жеста в груди прорвало плотину и слезы потекли из глаз.
— Ты же ещё совсем ребенок, а он взрослый мужчина. Хантер многое пережил, наверное, многое в его жизнь принёс я. Да, в нём есть жестокость и злоба.
Из — за полузакрытых век катились слёзы, руками попыталась закрыть лицо, но Картер перехватил их и покровительственно взял их в свои. Мой отец никогда этого не делал и благодарность вместе с освобождением от тяжести в груди хлынула с новым потоком слёз. Это было словно меня отпустили. Дали эмоции, которые я всю жизнь хотела получить, но на это не было даже надежды.