Я немного чувствовала себя лишней. На телефон падали сообщения от подруги и Богдана, но у мамы было строгое правило по поводу мобильного за столом.
– Спасибо, было очень вкусно.
– Хочешь отдохнуть? Переодеться?
– Было бы неплохо, – я кивнула головой.
– Вера, – позвал Игорь и к нам вышла та самая женщина, помощница по дому, – проводите Злату в ее комнату.
– Конечно, Игорь Николаевич, – женщина мягко мне улыбнулась. – Пойдемте.
Я пошла за женщиной, мы поднялись по деревянной лестнице на второй этаж. Вера открыла одну из дверей и пропустила меня. Это была довольно просторная комната, одна стена скошена, видимо часть треугольной крыши. Большая кровать, рабочий стол, консоль с зеркалом. Все в кремовых и шоколадных тонах. Уютно, тепло. На полу мягкий ковер, на стенах интересные картины, дизайнерское освещение. Огромное окно с выходом на балкон. В комнате было еще две двери.
– Злата, – позвала меня Вера, открыв одну из дверей, – тут гардеробная, ваши чемоданы здесь. Нужно будет помочь разобрать, скажите, сделаем.
– Нет-нет, я сама, спасибо! – тут же запротестовала я, ужаснувшись, что кто-то будет раскладывать мое нижнее белье.
– Хорошо. Я поэтому без разрешения и не тронула. А здесь ванная комната, в ней есть все необходимое. Игорь Николаевич очень ждал вас и готовился, продумал все. Надеюсь, вам будет комфортно. Нужно будет что-то, не стесняйтесь.
– Спасибо вам, Вера.
Она улыбнулась и покинул комнату, закрыв за собой дверь. Я села на кровать и осмотрелась. Еще не могла осознать, что все происходит всерьез. Не понимала, как так могло случиться, что раз, и я живу в другом городе, мои документы поданы на перевод в другой ВУЗ.
Упала на мягкую кровать, от которой пахло свежестью и взяла в руки телефон. Тут же набрала подруге по видео, которая была в восторге от моей комнаты и уже начала собираться в гости. Она задавала миллион вопросов, а я отвечала, смеясь над ее любопытством.
Богдан был на студии с парнями. Я слышала смех девчонок. Настроение тут же упало. У них всегда торчали подружки его друзей, но сейчас как-то остро ощущалось расстояние, между нами.
– Детка, ну ты чего?
– Ничего.
– Я же слышу по голосу.
– Кто у вас там?
– Да это пацаны пришли на студию с девчонками, ты же знаешь их, пытаются впечатлять.
– Угу, понятно.
– Только ты в моем сердце и мыслях.
– Напиши об этом песню.
– Так и сделаю, думаешь слабо?
– Нет, я так не думаю.
– Моя девочка. Все хорошо?
– Да.
– Никто не обижает?
– Еще не успели, – я криво усмехнулась, снова вспомнив про детей Игоря. Я сомневалась, что они меня тепло встретят, по крайней мере, ни в одном фильме такого не видела.
– Не давай себя в обиду.
– Не дам, – я улыбнулась.
– Меня парни зовут. Пиши мне, хорошо? Фоточки свои пришли.
– Ты же знаешь, мне мама не разрешает, – я посмеялась. Это была правда, которая переросла в шутку. Мама лет с пятнадцати твердит мне, чтобы никаких откровенных фото, особенно парням. Все что попадает в сеть, может стать достоянием всех.
– А ты же у меня бунтарка, нет? Ну хоть без лица, детка. Я же скучаю.
– Пока, Богдан.
Я скинула звонок и улыбнулась. Хотелось к нему в студию, сидеть с надменным лицом, показывая этим залетным девочкам, что они там на раз, а я там навсегда!
Я стянула с себя свитер, оставшись лишь в одном белье и джинсах... Так хотелось подразнить Богдана, чтобы только я была в его мыслях. Я расстегнула пуговицу джинс, открыв резинку кружевных трусиков. Красиво села, поджав рукой грудь, чтобы она выглядела еще аппетитнее. Навела на себя камеру, но без лица, лишь губы и тело попадали в кадр.
Щелк!
Вышло красиво, рыжие локоны обрамляли грудь, губы пухлые, приоткрыты. Я несколько раз приблизила, ища недостатки. Но вышло и правда хорошо, даже очень. Я нервничала, закусила губу, руки запотели. Нажала отправить и фото улетело Богдану. Зажмурилась. С дрожью выдохнула.
Мама бы меня убила!
Но я же без лица, да? Мало что ли рыжих девчонок?