– Я бы хотел, чтобы Маша не забывала, кто ее папа. Может, когда-нибудь мы с ней сможем понимать друг друга? Но сейчас она такая неинтересная, а я совсем не знаю, как обращаться с младенцами. Она сейчас такая маленькая, не говорит, ничего не понимает и страшно много кричит, – признался Веня, со страхом взглянув в суровые, потемневшие от гнева глаза Майи.
Этими словами он ее не на шутку разозлил.
– Вот, значит, как?! Ты не знаешь, как обращаться с младенцам? Прикинь, я тоже не знаю! И Юля не знает, и ее Олег! Но они часами сидят с твоим ребенком и, знаешь, прекрасно справляются. Сказать тебе, в чем секрет? А в том, что они любят Машеньку, в отличие от ее родного отца! – перешла на крик Майя.
Веня весь сжался от ее больно жалящих слов, хотя и понимал, что она абсолютно права.
– Ладно, нам с тобой, наверное, поздно выяснять отношения, – уже спокойнее сказала Майя. – Сейчас приведи себя в порядок, насколько это возможно. Олег отвезет нас в кафе. Документы там, в сейфе. Юля побудет с Машенькой, а мы с тобой поедем к юристу.
– Какое кафе? – не понял Веня.
– Мы с Юлей открыли собственное кафе. Что тебя удивляет?! – насмешливо спросила Майя. – Поспеши, у нас у всех на сегодня запланирована уйма дел. Из-за нас и так сегодня Юле придется прогулять занятия в универе.
Когда Олег подъехал к «Персиковому солнцу», Веня удивленно разглядывал из окна «Лады» витрину детского кафе с ярким названием посередине, украшенную похожими на настоящие, персиками.
– Надо же! И вправду кафе! – воскликнул он, но никто из присутствующих не пожелал ему ответить.
Было видно, что, несмотря на довольно ранний час, – начало десятого, в кафе уже есть посетители с детьми. От такого количества шумных детей Вене сделалось немного не по себе. Он внимательно взглянул на Машеньку.
– Слава Богу, она хоть в дороге не орала, – подумал он, разглядывая похожую на себя в детстве чудесную белокурую девочку, папу которого природа наказала слишком чувствительными барабанными перепонками и неподражаемым эгоизмом.
Юля с малышкой вышли из машины и скрались за ярко раскрашенной дверью кафе, Майя побежала за документами, а Олег равнодушно уставился в смартфон, игнорируя присутствие Вени. Вскоре вернулась Майя с черной папкой в руках.
– Поехали! – скомандовала она, и Олег нажал на газ, отлично зная адрес своего коллеги.
Оформление развода становится простой формальностью, если супруги не пытаются разорвать друг друга на части, деля имущество и детей. С согласия Вениамина, оформленная на него квартира, как и опека над дочерью Марией, были преданы его уже бывшей супруге Майе, пожелавшей к тому же, вернуть свою девичью фамилию. Наконец, все закончилось. В машину Олега села совершенно свободная женщина, Майя Анатольевна Давидова, а Вене Олег посоветовал добраться до их квартиры на общественном транспорте и побыстрее собрать свои вещи.
– Да, и, когда будешь уходить, не забудь бросить ключи в почтовый ящик. Прощай, братан! – сказал он, поклявшись себе, что никогда не станет таким жалким идиотом, растоптавшим все самое ценное в своей жизни.
– Пока, Венечка! Будь счастлив со своей Кристиной и не повторяй ошибок молодости, – с насмешкой напутствовала его Майя.
– Пока! – помахал им на прощание рукой Веня, не в силах сдержать слезы.
Он по обыкновению попытался найти утешение в храме, а затем забронировал по телефону билет на поезд до Воронежа и пошел собирать вещи. В ящике комода Веня увидел их с Майей свадебную фотографию с треснувшим стеклом, лежавшую лицом вниз. Какие они оба здесь счастливые! Веня поднес фотографию к своим разбитым губам и поцеловал улыбающееся лицо Майи. Он вначале хотел положить фотографию в сумку с вещами, но в последний момент передумал, вернув ее на прежнее место.
Вечером, когда все обитатели квартиры собрались вместе, Вени, как и его забытых при первом уходе вещей, уже не было. Этот по-своему тяжелый для каждого из них день поставил точку в пылком романе Майи и Вени. Майе хотелось плакать и смеяться одновременно. Она сейчас даже не знала, что именно чувствует: сожаление, облегчение, радость или печаль, но все, что ее тяготило, навсегда осталось в прошлом. Так, во всяком случае, она думала, с умилением прижавшись губами к кудрявой шелковистой макушке спящей у нее на руках Машеньки.
VIII
Аня с видом королевы вертелась перед зеркалом в примерочной свадебного салона. Она сейчас себя и вправду ощущала королевой.
– Как же тяжело выбрать в этом Ростове приличное свадебное платье! Но, не в Москву же ехать?! – подумала Аня, капризно поправляя многослойную юбку очередного дорогого и безвкусного платья. – Свадьба через месяц, а еще ничего не готово.