Настоящая Анна Головина, которой вся эта кладбищенская история ощутимо пощекотала нервы, но ни на йоту не поколебала ее решимости, ее желания добиться поставленной цели, весь день провела взаперти в резервной квартире. Ну а чтоб девушка не скучала, Стас еще до обеда доставил ей полугодовые подшивки газеты «Республика» и еженедельника «Литовский курьер» – оба издания на русском языке. Анна и вправду нашла на страницах этих изданий немало любопытной для себя информации: и о приватизации компании «Мажейкю Ойл» в 1999 году, когда на прибалтийский нефтяной рынок внедрилась американская корпорация «Джильямс», и о кабальном договоре, согласно условиям которого американский менеджмент не только не несет никакой юридической ответственности за убыточное ведение дел в компании, но и вправе требовать от литовского государства ежеквартально многомиллионных компенсаций за вроде как недополученную «Джильямсом» фиксированную норму прибыли, и о попытках российских нефтяных компаний «ЮКОС», «ЛУКОЙЛ» и тех же «тюменских» вытеснить из Прибалтики заокеанских «хищников», с тем, чтобы самим контролировать этот стратегически важный топливно-энергетический узел, и о существовании двух «партий» среди местных политиков, чиновников, бизнесменов, лоббирующих интересы Запада и Востока, а по сути нефтяных магнатов, и о резкой криминализации всего этого сектора бизнеса, со всеми присущими атрибутами – заказными убийствами, исчезновением людей, коррупционными скандалами и «войной компроматов» на страницах местных и зарубежных СМИ… Включая сюда отрывочные сведения о таких не разъясненных до конца и расследуемых ныне полицией событиях, как исчезновение бизнесмена Пошкуса и гражданина РФ Вадима Сергачева.
Пока Головина, пачкая пальцы типографской краской, знакомилась по газетным публикациям с местными реалиями, Стас Нестеров, проявляя максимум осторожности, пытался навести справки у реальных людей, бывших или ныне действующих сотрудников правоохранительных органов – благо связями в этой среде они со Слоном не были обделены.
Все, с кем встречался в последние два-три дня Нестеров, либо не располагали сколь-нибудь весомой информацией о судьбе Сергачева, либо уклонялись от разговора на эту тему.
От одной встречи пришлось уклониться уже самому Нестерову. Когда он наведался в свой офис, чтобы узнать, не искал ли его кто, не приходили ли в адрес фирмы какие-нибудь важные бумаги, сотрудник, которого он попросил временно посторожить контору, сообщил, что в офис наведывался старший инспектор ДГБ Монкайтис и что он просил передать Нестерову, чтобы тот позвонил по известному ему телефону.
Поскольку ничего хорошего и полезного для себя от контактов с госбезопасностью Нестеров не ждал, равно как не рассчитывал на то, что нужную информацию Феликс согласится слить ему за деньги, он решил оставить просьбу своего давнего знакомого Монкайтиса без удовлетворения.
Вечером Стас и Анна перекусили бутербродами, потом долго чаевничали на кухне, беседуя о всякой всячине, а в половине двенадцатого Головина удалилась в свою комнату, пожелав Нестерову спокойной ночи.
Стас переоделся в брюки от спортивного костюма, сменил рубашку на ненадеванную им еще майку цвета «хаки», затем, проследовав через гостиную, где на диване ему было определено спальное место, вышел перекурить в застекленную лоджию.
Закурив, он вернулся мыслями к эпизоду суточной давности, когда они с Анной, решив посетить знатока кладбищенских тайн Харона, едва не навлекли на себя крупные неприятности.
Он тогда проверил карманы и Макса, с которым ему уже доводилось несколько раз встречаться прежде, и охранника бара «Тропикана», из рук которого он в прошлый четверг выцарапал угодившую в нехитрую ловушку Головину, и даже покойного Зямы, которому разъяренный Слон несколькими днями ранее сломал руку и которого за какие-то провинности, зверски избив, кто-то спровадил на тот свет – именно хладный труп Зямы эти двое доставили в салоне микроавтобуса на одно из вильнюсских кладбищ.
Карманы жмура обчистили до него… А вот другие двое имели при себе водительские права, а также выданные разрешительным отделом МВД документы, дающие каждому из них право на ношение личного оружия.
Этого Макса Нестерову доводилось видеть на коммерческом стрельбище в Пабраде, где тот числился кем-то вроде старшего инструктора. Несколько раз Стас со Слоном посещали этот стрелковый комплекс и даже участвовали в соревнованиях по пейнтболу. Но когда они хорошенько, изнутри, рассмотрели регулярно тусующийся там контингент «стрелков», среди которых выделялся владелец этого объекта некий Чяпа, известный своими тесными связями с самим Боксером, то решили впредь не посещать эту околокриминальную тусовку…